14-й год правления императора Чэнхуа

Приезд Суй Чжоу создал в доме Суй напряжённую атмосферу. В последние годы он постоянно направлял в родной дом посыльных, которые привозили подарки, но из-за загруженности на службе сам приезжал очень редко. Не было сомнений в том, что мать и отец всегда отдавали предпочтение старшему сыну, и теперь, когда у того родился ещё один ребёнок, они занимались развлечением внука, а вторым своим сыном явно пренебрегали. Однако Суй Чжоу не был ребёнком, нуждавшимся в родительской ласке. Он в восемнадцать лет ушёл из дома, жил один и устроился на службу в Императорскую стражу. Он шаг за шагом поднимался наверх, опираясь лишь на собственные силы, и стал главой Императорской стражи. При этом положение родственника императорской семьи вместо того, чтобы стать благословением, нередко создавало ему дополнительные препятствия. Всё время, пока он продвигался по службе, ему приходилось слышать завистливый шёпот за спиной: «Ещё бы он не получил повышение, его же поддерживают Его Величество и вдовствующая императрица!» Но он был не из тех, кто привык жаловаться на жизнь. Вместо того, чтобы тратить время на пустые разговоры, лучше положиться на собственные силы и двигаться вперёд. Поэтому он смог достичь высшей позиции в Императорской страже, а тех, кто судачил о нём и собирал досужие сплетни, давно уже нет. На самом деле такого человека как Суй Чжоу не волновало, что говорят о нём другие люди. И даже если эти «другие» были его семьёй, ему было всё равно. Семья Суй занимала достаточно высокое положение в обществе. Хотя им было далеко до многих знатных семейств столицы, но поскольку им не нужно было задумываться, где взять денег на еду и одежду, они уже могли считаться богатыми. Отец и старший брат Суй Чжоу занимали номинальные должности без служебных обязанностей и могли получать жалованье, практически ничего не делая. Кроме того, семья Суй владела торговой лавкой и сельскохозяйственными землями, от которых получала ежегодный доход. Этого было более чем достаточно, чтобы одеваться в роскошные шелка. Конечно, если говорить о власти, то никакой власти у семьи Суй не было, потому что никто из них не поступил на государственную службу, за исключением Суй Чжоу. Излишне упоминать, что отец Суй Чжоу, как и его старший брат Суй Ань, смотрели свысока на его службу в Императорской страже. Думали, что он при императоре выполняет функции лакея, у него плохая репутация и его все осуждают. Суй Ань очень хотел сдать императорский экзамен, однако был не настолько хорош в учёбе, поэтому потратил впустую полжизни, но так и не достиг вожделенной цели. Хотя его семья была богата, Суй Ань часто сетовал и вздыхал, что родился не в то время и не смог реализовать свои таланты. Глядя, как его младший брат сначала вступил в Императорскую стражу, к которой Суй Ань всегда относился с презрением, а затем поднялся на самый верх, став командующим и даже получив почётный титул бо, старший сын семьи Суй всё больше раздражался и жаловался по ночам на судьбу госпоже Цзяо. Если бы госпожа Цзяо была мягкой и добродетельной, всё было бы прекрасно. Она бы убедила мужа радоваться тому, что имеет, и не роптать на судьбу. Но она была женщиной гордой и считала, что её супруг, как старший сын своего отца, намного лучше Суй Чжоу, у которого даже не было до сих пор наследников. Разделяя недовольство мужа, она считала, что Суй Чжоу незаслуженно занимает свою должность. Видимо, потому что он был единственным представителем семьи Суй, кто служил рядом с императором, ему удалось воспользоваться монаршей милостью, и вдовствующая императрица позаботилась о его карьере. А теперь получилось так, что пока младший брат пользовался милостью императорской семьи, будущее Суй Аня складывалось не так уж успешно. Мать и отец Суй были скромными людьми и не обладали даром красноречия. Несмотря на то, что старший сын с невесткой постоянно изводили их жалобами, им сложно было найти в ответ нужные слова. Если только пару слов утешения, оставшись с сыном наедине. А из-за того, что Суй Ань был их любимчиком, в каждый приезд Суй Чжоу домой, родители упрашивали его помочь старшему брату продвинуться по службе. Но как Суй Чжоу мог ему помочь? Суй Аню было уже за тридцать. Он не владел боевыми искусствами, и самое большее, на что мог рассчитывать — это должность мелкого служащего, которой он и сам был бы не рад. Но разве он мог стать гражданским чиновником, не сдав императорский экзамен? Никто не мог ему этого дать, даже сам император, не то что Суй Чжоу. К тому же, остальные чиновники просто сгнобили бы его, и он вошёл бы в историю как подлый подхалим. И не исключено, что закончил бы свои дни, как Ли Цщышэн, который был любимчиком прежнего императора. Суй Чжоу полагал, что для Суй Аня лучше было бы заняться торговлей, но тот, очевидно, не хотел испортить свою репутацию подобным образом, так что не имело смысла даже предлагать ему такое. Суй Чжоу не был близок со своим братом и не стал бы с ним обсуждать эту тему, чтобы окончательно не поссориться. Ведь если бы он сказал что-то в этом роде и Суй Ань это услышал, то непременно решил бы, что Суй Чжоу над ним издевается. Поэтому каждый раз, приезжая домой, Суй Чжоу заранее предвидел, как сложно ему будет общаться со старшим братом и его женой. Они были братьями, самыми близкими людьми по крови, но всё же их разделяла непреодолимая пропасть. Старший брат не скрывал неприязни к младшему, а младший никогда не стремился с ним общаться. Им не о чем было говорить друг с другом. Родители находились между ними как между двух огней, и неудивительно, что когда семья собиралась вместе, атмосфера складывалась довольно неловкая. Было бы лучше, если бы Тан Фань тоже приехал. Теперь у Тан Фаня было завидное положение при дворе, и Суй Ань не осмелился бы при нём говорить грубо. К тому же, хотя Тан Фань и был близким другом Суй Чжоу, всё же он не был членом семьи, и госпоже Цзяо было бы неприлично присутствовать при встрече, в то время как встречаться и разговаривать с Суй Чжоу — братом своего мужа — правила приличия ей не запрещали. Сейчас был как раз такой случай. Суй Чжоу привёз родителям подарки и не мог просто развернуться и уйти. Матушка Суй приказала слугам приготовить чай, поэтому он вынужден был задержаться хотя бы на время чаепития. Сидеть всем молча лицом к лицу было бы неудобно. Матушка Суй беспокоилась о том, как живётся сыну, и спросила, как его дела. Она посетовала, что вдовствующая императрица (теперь она носила титул «великая вдовствующая императрица») до сих пор не нашла жену для Суй Чжоу, и тот до сих пор живёт в одиночестве. — Я хочу заверить матушку, что великая вдовствующая императрица здесь ни при чём, — спокойно ответил Суй Чжоу. — Я сам не хочу жениться. — Но почему? — удивилась матушка Суй. Прежде чем Суй Чжоу успел ответить, сидевшая с ними за столом госпожа Цзяо встряла в разговор: — Неужели слухи, что ходят по столице, правдивы? — Какие ещё слухи? — матушка Суй пришла в замешательство. Госпожа Цзяо бросила взгляд на Суй Чжоу и многозначительно заявила: — Так ведь все говорят, что брата моего мужа больше прельщает мужская красота, а не женская… — Гуанчуань, неужели это правда, то что сказала твоя невестка? — поспешно спросила матушка Суй, повернувшись к сыну. Суй Чжоу оставался спокоен. — Кто же такое говорит, невестка? У Императорской стражи глаза и уши по всей Поднебесной, однако о таких слухах никому не известно. Зато известно, что невестка украла деньги у семьи Суй, чтобы помочь семье своих родителей. Интересно, знает ли об этом старший брат? Почувствовав, что все взгляды устремились на неё, госпожа Цзяо слегка покраснела и встревожилась. — Ты… ты что такое говоришь? Это пустая клевета! Когда это я делала такое? — В Северном дворе всё записано: и время, и место, — хмыкнул Суй Чжоу. — Боюсь, невестке не удастся это оспорить. — Это прекрасно, что ты теперь такой важный чиновник! — голос госпожи Цзяо дрожал от возмущения. — Помочь старшему брату устроиться на хорошую должность ты, значит, не можешь, а за собственной семьёй следить — это другое дело! Ох!.. Что ты делаешь?!. Госпожа Цзяо проглотила остаток фразы, с ужасом наблюдая, как Суй Чжоу поднялся и вытащил из ножен меч. Этот сючунь дао пролил немало крови и источал такую убийственную ауру, что госпожа Цзяо невольно отшатнулась. Вспомнив, что её муж стоит здесь рядом, она поспешила спрятаться за его спину, опасаясь, что в гневе Суй Чжоу может и убить свою невестку. Суй Чжоу смерил её бесстрастным взглядом, в котором было столько льда, что госпожа Цзяо поёжилась, будто от холода, и крепче ухватила мужа за рукав. — Мне не следует вмешиваться в семейные дела моего брата, но раз уж невестка потеряла всякий стыд, влезла в мои дела и смеялась над тем, как ведёт дела Императорская стража, то не пора ли ей отправиться в тюрьму? Уголок губ Суй Чжоу изогнулся в насмешливой улыбке, но госпожу Цзяо это лишь испугало ещё больше, превратив его в жуткого демона, жаждущего поскорее с ней расправиться. Ей хотелось что-нибудь ответить, но она поняла, что лучше прикусить свой злой язык, дабы не сказать лишнего. Суй Ань всегда опасался своего младшего брата, но ему хотелось спасти свою репутацию в глазах семьи и супруги, и потому он нахмурил брови и заявил: — Гуанчуань, ты же знаешь, как говорят: невестка в доме подобна матери. Разве можно так обращаться со своей невесткой? — Наша мать всё ещё жива, — холодно ответил Суй Чжоу. — Как твоя жена может быть ей подобна? Старший брат не боится расстроить матушку, говоря такие слова? В последние годы он был довольно близок к императорской семье, да и общение с Тан Фанем многому его научило, и он приобрёл некоторые навыки красноречия. Суй Аню было нечего на это ответить. Однако, даже победив в споре и увидев растерянные лица этих людей, Суй Чжоу не чувствовал удовлетворения. Ему стало скучно. Он потянулся к своей чашке чая и обнаружил, что чай давно остыл. Тогда он просто встал, откланялся родителям и поспешил к выходу. — Гуанчуань! — окликнул его Суй Ань, догнав у самых ворот. — Ты сказал, что моя жена крадёт наши деньги, чтобы помогать семье своих родителей… Неужели это правда? — Спроси у неё сам и узнаешь. Зачем спрашивать меня? Суй Чжоу ушёл, не добавив больше ни слова и ни разу не обернувшись. Покинув дом Суй, он не спешил возвращаться к себе, а зашёл в соседний дом, где жила его бабушка по материнской линии. С годами госпожа Чжоу поняла, что ей не нравится жить с семьёй своей дочери, и она вернулась в столицу, взяв с собой служанок. Внуки часто заходили в гости, скрашивая жизнь пожилой женщины. Атмосфера в её доме была совсем не такой, как в семействе Суй, где все, похоже, привыкли развлекаться, устраивая скандалы. Старая служанка проводила Суй Чжоу к своей госпоже. В зале у бабушки Чжоу уже сидел Тан Фань и что-то ей рассказывал, от чего она смеялась чуть ли не до слёз, раскачиваясь в кресле. Увидев эту картину, Суй Чжоу почувствовал, что холод, охвативший его, когда он покидал дом Суй, полностью растаял, а ладонь, лежавшая на рукояти меча, ослабила хватку.