14-й год правления императора Чэнхуа

Сюэ Лин мысленно застонал. Когда он уходил, Суй Чжоу как раз вызвал для разговора цяньху, и тот уже на ходу велел ему привести Тан Фаня. Сюэ Лин уже довольно долго работал вместе с Суй Чжоу и пришёл к выводу, что этот приказ не слишком срочный. Кто же знал, что господин Суй будет сидеть здесь и ждать? Он поспешил сказать: — Старший брат, господин Тан здесь. Если не будет других поручений, я пойду? Суй Чжоу утвердительно хмыкнул, и Сюэ Лин, поняв, что его помиловали, поспешил уйти, перед этим бросив взгляд на Тан Фаня, будто желая ему удачи. Тан Фань негромко кашлянул. — Я ещё не поблагодарил цзунци Суя за лекарство. Хватило всего трёх раз, чтобы все синяки пропали. Это очень эффективное средство. Суй Чжоу скользнул взглядом по бледной шее над его воротником, которая приобрела свой обычный цвет, коротко бросил: «Следуй за мной», встал и вышел из зала. Тан Фань вышел за ним, пересёк двор и подошёл к другому зданию. Они вошли и начали спускаться по лестнице, и чем ниже они спускались, тем холоднее становился воздух — заметно холоднее, чем на улице. Сюда круглый год не проникал солнечный свет, здесь было темно, но не сыро. С обеих сторон вдоль стен слабо мерцали свечи, будто собираясь вот-вот погаснуть. Вокруг была тишина, даже караульные не стояли на посту. Звук шагов двух спускающихся мужчин раздавался гулким эхом, невольно заставляя душу трепетать от тревоги. Изначально здесь хранились орудия пыток и оружие Северного Двора, но в настоящее время это помещение использовалось как морг. Чтобы лежавшее там тело не разлагалось, Суй Чжоу приказал принести побольше льда и обложить им труп со всех сторон. Производство льда на основе селитры зародилось ещё в конце династии Тан и теперь широко использовалось по всей Поднебесной. Каждое лето уличные торговцы предлагали холодные напитки и охлаждёные блюда, а богатые семейства использовали лёд, чтобы наслаждаться прохладой в жаркие дни. Не стоит и упоминать, что Северный Двор был невероятно богат. — Это Чжэн Чэн?! — увидев тело, Тан Фань был ошеломлён и широко распахнул глаза от удивления. Не стоит думать, что Тан Фань был маньяком и его так интересовал труп богатенького повесы Чжэн Чэна. Но он был уверен, что этот труп сгорел дотла, когда в Восточной Ограде случился пожар. Он никак не ожидал, что Суй Чжоу мог такое предвидеть и успел подменить тело. — Цзунци Суй очень предусмотрителен. Я в восхищении, — проговорил Тан Фань. Возможно, такой трюк могли бы придумать многие, но мало кто решился бы осуществить это на практике. Если бы Восточная Ограда узнала, что забрала «фальшивого» Чжэн Чэна, то могла бы устроить Суй Чжоу крупные неприятности. Однако, учитывая его родственные связи, у Суй Чжоу, похоже, не было повода для беспокойства. Услышав похвалу, Суй Чжоу вовсе не выглядел самодовольным. — Мы ничего не обнаружили. Тан Фань окинул взглядом то, что ещё недавно было Чжэн Чэном, гулякой из знатного рода и любителем женщин, а теперь стало безмолвным трупом, лежавшим здесь в тишине полностью обнажённым. Поскольку тело хранилось обложенное льдом, то приобрело странный бледно-голубоватый оттенок, однако признаки разложения отсутствовали. На самом деле, Тан Фань уже успел его тщательно осмотреть в ту ночь, когда он умер, и осмотрщик трупов тогда тоже заявил, что не смог найти ничего подозрительного. Так что, это не было странным — что Суй Чжоу и его люди ничего не обнаружили. Если бы не множество мелких несоответствий, вывод о «смерти от перенапряжения во время полового акта» был бы вполне логичным. Тан Фань, пользуясь случаем, ещё раз внимательно осмотрел труп Чжэн Чэна, теперь уже более детально, чем в ту ночь. Выражение лица Суй Чжоу слегка изменилось, когда тот увидел, что Тан Фань не побоялся испачкаться и сам взялся за дело. По мере того, как власть в стране становилась всё более стабильной, а времена — более мирными, военные утрачивали своё значение для правящей династии. Огромная страна управлялась множеством гражданских чиновников, в том числе и таких, как Тан Фань, получивших должность после сдачи императорского экзамена. Такие люди испытывали чувство глубокого превосходства над всеми остальными, ведь они много лет усердно учились, чтобы занять свои посты. Если они хоть немного беспокоились о благе народа и не эксплуатировали простых людей, их уже можно было назвать добродетельными служащими. Стоит ли говорить, что лишь немногие из них хорошо разбирались в своей работе, любили то, что делали, и стремились совершенствовать свои навыки. Суй Чжоу был удивлён, потому что на своём веку повидал немало чиновников в той же должности, что занимал Тан Фань, и все они воротили носы при виде трупа, не говоря уже о том, чтобы лично участвовать в осмотре. Нет, они предпочитали держаться подальше, а всю работу делали их подчинённые, мелкие служащие префектуры, которые обычно вообще ни в чём не разбирались, и им проще было сказать, что ничего не обнаружили. Но эти чиновники не подвергали сомнению выводы своих служащих, и потому такие осмотры очень редко могли пролить свет на истину, а чаще только ещё больше запутывали дело. По сравнению с ними, Тан Жуньцин казался очень ответственным чиновником. Сложно судить, насколько он разбирался в правилах осмотра трупов, но его готовности лично этим заниматься уже было достаточно, чтобы произвести впечатление. Тан Фань повторно осмотрел тело, не упустив даже ладони и ступни. Его взгляд медленно скользил по телу Чжэн Чэна, от пупка вверх по груди, шее, подбородку, носу, лбу, и остановился на макушке. Когда Чжэн Чэн умер, его волосы были распущены, но сейчас их уже привычно собрали в пучок. На его лице не имелось никаких видимых повреждений, а предположение о возможной причине смерти заставило тех, кто осматривал тело, сосредоточиться не на голове, а ниже. — Кто укладывал его волосы? — спросил Тан Фань. — Они так и были уложены, когда я забрал его из дома хоу Уаня, — отозвался Суй Чжоу. Тан Фань молча развязал пучок и запустил пальцы в волосы Чжэн Чэна, медленно ощупывая голову. Внезапно рука Тан Фаня замерла и на лице появилось странное выражение. Суй Чжоу тут же отреагировал: — Что? — Подойди и пощупай, здесь на макушке расположена акупунктурная точка «байхуэй» 百会. Суй Чжоу протянул руку, слегка помедлил и нахмурился. — В этой точке есть небольшая вмятина, — сказал он. Тан Фань, который немного смыслил в медицине, заметил: — Насколько я помню, если использовать иглоукалывание в точке «байхуэй», это способно пробудить мозг, очистить мысли и успокоить разум. Суй Чжоу был мастером боевых искусств и разбирался в этом лучше, чем Тан Фань. — Поскольку в точке «байхуэй» встречаются непарные меридианы, три меридиана энергии ян и сто каналов, удар по этой точке может причинить серьёзную травму, привести к потере сознания и даже смерти. — Но в ту ночь там была только служанка А Линь, — напомнил Тан Фань. — Она слабая женщина, а Чжэн Чэн не был пьян настолько, чтобы позволить ей ударить его по голове и убить. К тому же, если А-Линь собиралась соблазнить Чжэн Чэна, значит, пошла с ним добровольно. А если не было принуждения с его стороны, то зачем бы ей бороться с ним насмерть? Суй Чжоу кивнул. — Но возможен и другой вариант. Не обязательно сразу бить изо всех сил. Достаточно запомнить, где расположена эта точка, и каждый день слегка ударять в это место. От такого воздействия человек, которого бьют, не впадёт сразу же в кому и не умрёт мгновенно. Но со временем нарушится связь между меридианами и произойдёт разрыв, что приведёт к смерти. В этом случае, наиболее вероятным убийцей был человек, который постоянно находился рядом и спал рядом с Чжэн Чэном каждую ночь. Тан Фань покачал головой: — Неудивительно. Из-за волос трудно что-нибудь обнаружить на голове, так что с самого начала увидеть это было крайне сложно. К тому же, кому бы пришло в голову думать в таком направлении, рассуждая о причине смерти Чжэн Чэна? — Ты видел жён и наложниц Чжэн Чэна? — Кстати, вот ещё! — спохватился Тан Фань. — По дороге сюда я ещё кое-что подумал. Сейчас расскажу. Суй Чжоу: ?.. — Я просто столкнулся с человеком с портрета, который покупал в аптеке корень володушки, и догадался, где мог видеть его раньше. Суй Чжоу прищурился — Он из поместья хоу Уаня, — заявил Тан Фань. — Ты уверен? Тан Фань кивнул: — Я не мог ошибиться. В ту ночь в доме хоу Уаня была суматоха, много людей там толпилось. Неспроста он мне показался чем-то знакомым. Я только что вспомнил, что видел его той ночью там, среди слуг поместья хоу Уаня. Это было очень важное открытие. Они покинули погреб со льдом, и Суй Чжоу велел своим людям разыскать Чжэн Фу, а Тан Фань отправился мыть руки. Ему пришлось прикасаться к трупу, потому что это было частью его работы и у не было другого выбора. И теперь чистоплотный господин Тан мыл руки очень долго и тщательно, пока они полностью не очистились от следов этих прикосновений. Чжэн Фу, слуга Чжэн Чэна, находился под арестом в Северном Дворе, и вскоре его привели. Хотя императорская тюрьма в Северном Дворе была всем известна, однако далеко не каждый мог туда попасть. Это была привилегия для избранных. Держать там какого-то слугу не имело смысла, поэтому после гибели Чжэн Чэна императорские стражники просто отволокли Чжэн Фу в одну из камер Северного Двора и заперли там. Чжэн Фу сильно осунулся в заточении и был сейчас совсем не похож на того человека с умным и проницательным взглядом, каким его прежде видел Тан Фань. Увидев портрет, Чжэн Фу поначалу растерялся, но когда Тан Фань сказал, что видел изображённого на нём человека в доме хоу Уаня, громко заявил: — Да, теперь этот ничтожный слуга вспомнил! Этот человек и правда бывал в доме хоу! Суй Чжоу нахмурился: — Почему же ты раньше не сказал? Чжэн Фу принялся виновато кланяться: — Господин, в доме хоу много людей. Хотя этот ничтожный и прислуживал молодому господину, но я же не могу знать всех, кто там бывал. К тому же, этот человек не жил в доме хоу. Он дальний родственник наложницы Хуэй, и когда приехал погостить, то устроился во внешнем дворе. Этот слуга встречал его всего два или три раза… — И долго он гостит в доме хоу Уаня? — спросил Суй Чжоу. — Почти полгода. Я слышал, как молодой господин говорил, что это близкий родственник. Наложница Хуэй приходила с просьбой к молодому господину и сказала, что в её семье все давно умерли, остался только двоюродный брат. Он надеялся получить в доме хоу какую-нибудь работу, чтобы зарабатывать на жизнь. Молодой господин согласился дать ему работу и устроил этого брата ухаживать за лошадьми на конюшне. Молодой господин редко ездил верхом, предпочитал передвигаться в паланкине. Так что, этому слуге редко доводилось встречать того человека, но я слышал, что он не жульничал и работал на совесть. Если бы господин Тан мне сейчас не подсказал, этот слуга и не вспомнил бы о нём! Суй Чжоу больше не стал ничего спрашивать. Он велел увести Чжэн Фу и приказал Сюэ Лину взять людей из его отряда и направляться к поместью хоу Уаня. Тан Фань, сидевший рядом с Суй Чжоу и молча наблюдавший за допросом Чжэн Фу, внезапно воскликнул: — Постойте! Сюэ Лин, услышав его возглас, замер на месте, а Суй Чжоу просверлил его взглядом. — Цзунци Суй хорошо подумал о последствиях, если вы туда пойдёте? — обратился к нему Тан Фань. Хотя Суй Чжоу обычно быстро соображал, но сейчас совершенно не уловил, что хотел сказать Тан Фань. — Что ты имеешь в виду? — Из слов Чжэн Фу мы поняли, что человек, купивший корень володушки, чтобы убить Чжэн Чэна — родственник наложницы Хуэй, — принялся объяснять Тан Фань. — Возможно, он был в сговоре с наложницей Хуэй. Но она всего лишь женщина с внутреннего двора, она даже читать не умеет, откуда ей знать, что добавив володушку в «фуянчунь», можно кого-то умертвить? Должен быть кто-то ещё, о ком мы пока не знаем. Если сейчас мы пойдём в дом хоу Уаня, то можем узнать какую-нибудь страшную тайну. Хотя хоу Уань и не имеет реальной власти, но всё же, он потомок доблестного героя, помогавшего императору подавить мятеж. Может выйти большой скандал, и ты навлечёшь неприятности на свою голову. От голоса Суй Чжоу повеяло холодом: — Если господин Тан боится, то может поступать, как ему угодно. Я его ни к чему не принуждаю. Сюэ Лин присоединился к начальнику и крикнул с того места, где стоял: — Дело почти раскрыто, мы скоро выясним, кто убийца! Разве можно сдаваться на полпути! Я бы сказал, что господин Тан недостаточно смел, только и может плести интриги с господином Панем! — Вы всё не так поняли! — возразил Тан Фань. — Я не боюсь. Я просто советую вам сначала всё хорошо обдумать. Вся проблема возникла из-за того, что префектура Шуньтянь не хотела расследовать это дело, как подобает, и я теперь не собираюсь отнимать заслуги у Северного Двора. Но если нужно разделить ответственность, прошу вас рассчитывать на меня. Когда он закончил свою речь, Сюэ Лин поначалу даже растерялся, а затем засмеялся и поднял вверх большой палец. — Ты молодец, господин Тан, настоящий мужик! Лао Сюэ такое одобряет! Разделив вонтоны на ужин, они с Тан Фанем немного сдружились, однако эта дружба была недостаточно крепкой. Но сейчас, услышав, что Тан Фань готов разделить ответственность, Сюэ Лин исполнился к нему уважения, оценив благородство молодого чиновника. Многие люди готовы приписать себе чужие заслуги, а вот тех, кто готов нести ответственность за свои действия, во все времена было мало. Выражение лица Суй Чжоу тоже смягчилось. — Не переживай, у меня есть план. Тан Фань уже знал от Пань Биня, какие связи были у Суй Чжоу во дворце. И раз он так говорил, то вероятно, опасаться действительно было нечего. Императорская стража привыкла действовать уверенно и властно, ни с кем не считаясь и полагаясь на свои неограниченные полномочия. Подумав об этом, Тан Фань кивнул и больше ничего не сказал. В конце концов, его дело — предупредить, а какие выводы сделают из его слов — это уже не его проблемы. Однако, поступив таким образом, он снискал расположение Суй Чжоу и Сюэ Лина. Суй Чжоу поднялся. — Ладно, пойдём в дом хоу Уаня. Автору есть что сказать: Точка «байхуэй» — важная точка в акупунктуре. Её можно массировать самим, но если в это место сильно ударить, то человек может впасть в кому и умереть. Здесь всё правда. Но ещё здесь было упомянуто, что если в течение длительного времени регулярно с силой нажимать на эту точку, это может в конце концов привести к внезапной смерти — вот это непроверенная информация, просто авто когда-то что-то об этом слышала. Может, это и неправда, однако не вздумайте сами это проверять! Мы могли бы уже сегодня начать угадывать, кто убийца, но в уезде Цзинцзянь возникли проблемы. Сколько бы я не нажимала на клавиши, система вообще не реагирует. Поэтому придётся подождать, когда всё отвиснет… Кто-то, наверное, уже догадался, кто убийца, но автор просит не спойлерить в комментариях — а вдруг, вы угадали? К тому же, само убийство не имеет никакого отношения к заговору при дворе, хе-хе :)