Night will fall and the dark will rise

      Деревья постепенно редели, стволы становились тоньше, а кроны пропускали всё больше света. Под ногами мягкий ковер мха и опавших листьев сменился жесткой травой.Сонхун шёл чуть медленнее, чем вначале. Его дыхание, ровное и глубокое ещё час назад, теперь сбивалось, превращаясь в короткие, горячие вздохи. Каждый шаг вверх давался чуть тяжелее, мышцы ног наливались усталостью. Он не жаловался, не имеел на это право. Он хотя бы спал этой ночью, если это можно было назвать сном, а вот Джеюн и глаз не сомкнул, и сейчас даже не выглядел уставшим. Лошадей они отпустили у подножия горы. Джеюн долго гладил гриву своего жеребца, что-то шепча ему на ухо, прежде чем повернуться к тропе. Сонхун же лишь бросил последний взгляд на своего коня. Кажется, тот даже выглядел счастливым. Принц соврет, если скажет , что этого его не задело.       Лес окончательно отступил, оставив их на открытом склоне, где ветер, больше не сдерживаемый деревьями, гулял свободно, обдувая лица холодным, почти металлическим дыханием, от которого не спасала даже грубая ткань плаща. Сонхун остановился, прикрыл глаза и втянул воздух полной грудью, лёгкие обожгло.       — Ваше Высочество, всё в порядке? — спросил Джеюн, не глядя на него, будто давая тому возможность соврать.        — В порядке, — ответил Сонхун, но голос его звучал хрипло. Он потёр ладонь о бедро, разгоняя онемение, и сделал шаг вперёд.  — Разве мы сможем пересечь границу? Западное королевство слишком скрытное и там полно странных существ...       — Незамеченными не пройдем. Возможно, за нами уже наблюдают, — спокойной отвечает Джеюн, прикрывая глаза от очередного порыва ветра. — Вы правы, западное королевство не любит чужаков. Но для вас сейчас это самое безопасное место.       Сонхун пристально посмотрел на Джеюна, сжимая пальцы в кулаки от неожиданного раздражения.        — Откуда ты знаешь столько о Западном королевстве? — спросил он, стараясь не выдать подозрений в голосе. — Ты же всего лишь лекарь.        Джеюн на мгновение замедлил шаг, затем обернулся, и в его глазах мелькнуло что-то неуловимое.       — Я не просто лекарь, — ответил он спокойно. — Я помощник лекаря, который вынужден колесить по разным землям в поисках редких трав. Западное королевство — одно из немногих мест, где растёт синий корень. Без него не сделать противоядия от змеиных укусов.        Сонхун нахмурился.        — И что, тебя просто так пускали туда?        — Нет, — Джеюн пожал плечами. — Но знание чужой культуры и умение торговаться открывают многие двери. Да и… — он слегка усмехнулся, — лекарей редко воспринимают как угрозу.        В его словах была логика, но Сонхун всё равно чувствовал, что чего-то недоговаривают. Однако сейчас у него не было выбора. Как всегда.Сонхун фыркнул, но больше не стал спрашивать. Ветер снова усилился, и тропа перед ними сузилась.       Западное королевство...       Он помнил, как в библиотеке дворца изучал старинные свитки. Там говорилось, что эти земли подчинялись лишь единственной династии правителей , не вели войн, не заключали союзов. Их границы охраняли не стены и не армии, а нечто иное — то, что заставляло даже самых отчаянных воинов поворачивать обратно.  В книгах описывали существ, населяющих те края: древесных духов, принимающих облик людей; птиц, чьи крики сводили путников с ума; змей, способных расти до размеров речных лодок. И самих жителей — холодных, отстранённых, с глазами, в которых, как писали летописцы, «не было ничего человеческого».       — Ты действительно веришь, что они дадут нам убежище? — вновь спросил Сонхун через некоторое время, всматриваясь в спину Джеюна.        Тот слегка повернул голову:        — Нет.        — И всё равно ведёшь туда?       — Это единственный шанс. И самое безопасное место для вас, на данный момент.       Сонхун сжал зубы, но промолчал. Что ещё ему оставалось? Бежать обратно значит снова оказаться в руках протестантов. Идти вперёд значит довериться Джеюну и его странным планам. Оба варианта казались плохими, но второй хотя бы давал шанс.       Они двинулись дальше, поднимаясь выше по каменистому склону. Сонхун на мгновение остановился и обернулся. С этой высоты открывался вид на бескрайнее море деревьев, волнами уходящее к горизонту. Где-то там, за этим зеленым океаном, остался его дом – высокие белоснежные стены дворца, шумные улочки столицы, аромат цветущих садов в весеннем воздухе. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Камни под ногами казались холоднее обычного. Он ещё вернётся. Он не станет заложником пророчества. Он не станет подчиняться богу смерти. Резкая, обжигающая боль в районе шеи заставила защипеть. Пропала она также быстро , как и появилась.       — Ваше Высочество? — голос Джеюна был обеспокоенным.       — Я в порядке.       Джеюн едва ли в это поверил , но не стал спорить, просто кивнул и вернулся к дороге.Они продолжили путь, и вскоре склон стал ещё круче. Камни под ногами теперь скользили, заставляя идти осторожнее. Ветер не утихал, завывая в ушах.       — Там наверху пещера, — наконец сказал Джеюн, указывая куда-то наверх — Она проходит через гору. С другой стороны — граница Западного королевства. Доберёмся туда через два часа, если не задержимся.       Сонхун прищурился, пытаясь разглядеть в темнеющем склоне вход в пещеру. Ветер рвал плащи, хлестал по лицу колючими каплями начинающегося дождя.       — Ты уверен, что это единственный путь? — перекрикивая порывы ветра, спросил он, чувствуя, как капли стекают за воротник, ледяными змейками скользя по спине.       Джеюн не ответил сразу. Он стоял чуть выше по склону, его фигура на фоне серых туч казалась неестественно неподвижной.       — Нет, — наконец сказал он, — Но это единственный путь, который я знаю.       Они начали подъём. Камни, мокрые от дождя, стали коварными, ноги скользили. Джеюн шёл впереди, ловко находя опору там, где, казалось, её не было. Сонхуну лишь оставалось молча восхищаться.       Когда они добрались до входа, дождь усилился, превратившись в сплошную стену воды. Пещера зияла перед ними чёрным провалом, будто пасть какого-то зверя.       — Здесь темно, — пробормотал Сонхун, всматриваясь вглубь.       Джеюн молча снял с плеча потрёпанный кожаный мешочек и достал оттуда несколько стеклянных флакончиков, позвякивающих в его пальцах. В темноте пещеры их содержимое слабо мерцало.       — Отойдите немного, — предупредил он, и Сонхун почувствовал, как по спине пробежали мурашки.       Лекарь высыпал на камень горсть сероватого порошка из одного флакона, затем капнул на него несколько капель жидкости из другого. Раздалось резкое шипение, и в следующее мгновение вспыхнуло яркое пламя. Он ловко подхватил сухую ветку, валявшуюся у входа, обвязал его марлей, поднёс к огню, и факел запылал неестественно ровным, почти синеватым огнём.       — Это... — начал Сонхун.       — Просто алхимия, — пробормотал Джеюн, в его глазах отражались языки пламени.       Они шагнули вглубь.       Пещера оказалась шире, чем казалось снаружи. Стены, гладкие и влажные, будто отполированные за века невидимыми руками, отражали дрожащий свет факела. Воздух был густым, с привкусом сырости и гнили.       — Держитесь ближе, — сказал Джеюн, и его голос эхом разнёсся по каменным сводам.       Сонхун не заставил себя просить дважды. Он придвинулся почти вплотную, чувствуя тепло, исходящее от плеча Джеюна, слыша его ровное дыхание. Это было странно успокаивающе.Тени плясали по стенам, принимая причудливые формы. То там, то здесь в темноте мелькали движения может быть, просто игра света, а может...       — Ты слышал? — Сонхун невольно схватил Джеюна за рукав.       Где-то в глубине пещеры раздался шелест, будто что-то большое и мягкое скользнуло по камням.       Джеюн замер, прислушиваясь.       — Идёмте, — наконец сказал он твёрдо, но пальцы его сжали факел так, что костяшки побелели. — И не оглядывайтесь.       Они двинулись дальше, и Сонхун почувствовал, как что-то холодное и невесомое скользнуло у него за спиной, едва касаясь его. Он не оглянулся.Но шагнул ещё ближе к Джеюну, так что их плечи теперь соприкасались при каждом шаге.       Они шли долго.       Слишком долго.       Ноги Сонхуна уже почти не слушались, каждый шаг давался с трудом. Дыхание стало прерывистым, в груди кололо, а в висках стучало ровно и навязчиво.       — Ваше Высочество, — голос Джеюна прозвучал тихо, но отчетливо в темноте. — Нужно остановиться.       Сонхун даже не стал спорить. Он лишь кивнул, хотя знал, что в полумраке пещеры это движение едва ли заметно. Джеюн поднял факел, осветив небольшой выступ в стене — нечто вроде ниши, где можно было укрыться от сквозняков, гуляющих по пещере.       — Здесь.       Он опустился на колени, воткнул факел в щель между камнями, затем аккуратно разложил вокруг несколько сухих веточек, подхваченных ещё у входа. Пламя перекинулось на них, разгораясь слабым, но устойчивым огнём.       Сонхун тяжело опустился на землю, прислонившись спиной к холодной стене. Глаза сами собой закрылись, но через мгновение он заставил себя открыть их. Он не хотел спать. Не хотел вновь видеть его.       Джеюн тем временем достал из мешочка несколько маленьких флаконов, наполненных чем-то тёмным и зернистым.       — Что это? — хрипло спросил Сонхун.       — Травы, — коротко ответил Джеюн, рассыпая содержимое флаконов по земле, очерчивая вокруг их стоянки неровный круг.       — Зачем?       Джеюн не сразу ответил. Его пальцы двигались быстро, точно, будто он делал это сотни раз.       — Они отпугивают тварей, которые живут в этой пещере.       Сонхун почувствовал, как по спине пробежал холодок.       Тишина.       Только потрескивание костра и далёкий, едва уловимый шелест чего-то в глубине пещеры. Джеюн бросил в огонь щепотку того же порошка, что рассыпал по кругу. Пламя на миг вспыхнуло зелёным, затем снова стало обычным.       Сонхун сглотнул.       — Но пока мы внутри круга...мы в безопасности?       Джеюн посмотрел на него.       — Пока огонь не погаснет — да.       Сонхун невольно подвинулся ближе к костру.       Пламя дрожало, отбрасывая на стены их удлинённые тени.       — Вам нужно отдохнуть, Ваше Высочество, — тихо сказал Джеюн, не поднимая глаз. Его пальцы всё ещё перебирали флаконы, будто проверяя, всё ли на месте.Сонхун сжал зубы. Усталость давила на веки, но сон казался опаснее, чем любое чудовище в этой пещере.       — Ты прав, — пробормотал он, но не шевельнулся. Вместо этого пристально посмотрел на Джеюна. — Только вот... я всё никак не пойму.       — Что именно?       — Ты действительно всего лишь помощник лекаря?       Джеюн замер. Пламя костра треснуло, выбросив вверх сноп искр, и в этот миг свет золотыми бликами скользнул по его лицу.       Сонхун задержал дыхание.       Тонкие, но резко очерченные скулы. Губы, чуть тронутые сухостью, но всё равно мягкие на вид. Тёмные ресницы, отбрасывающие лёгкие тени на кожу. А глаза... Глаза казались бездонными в этом свете — тёмные, как ночь за пределами пещеры, но с едва уловимыми искорками, будто в их глубине тлел тот же странный огонь, что горел перед ними.       — Я сказал вам правду, — наконец ответил Джеюн. Его голос звучал ровно, — Просто... в жизни бывают моменты, когда приходится быть больше, чем ты есть.       Сонхун не сводил с него взгляда.       — И это один из таких моментов?       Джеюн медленно кивнул.       — Для нас обоих.       Тишина снова сгустилась вокруг, нарушаемая лишь потрескиванием огня. Сонхун почувствовал, как тепло костра смешивается с холодом пещеры, создавая странное, почти гипнотическое ощущение. Принц провел ладонью по лицу, смахивая капли пота, смешавшиеся с пещерной сыростью. Его пальцы дрожали от усталости, от напряжения, от этого странного чувства, что завладело сознанием.       — Почему я совершенно не помню тебя, раз ты работал во дворце ? — выдохнул он, впиваясь взглядом в профиль лекаря, освещенный колеблющимся пламенем.       Джеюн замер на мгновение, его пальцы застыли над мешочком с травами. Затем он медленно повернулся к принцу.       — Вы никогда не болели, Ваше Высочество. Вам и не нужно было знать прислугу лекорской. Вы никогда там не бывали — тихо произнес Джеюн.       Где-то в глубине пещеры что-то шуршало, царапая камень когтями. Сонхун непроизвольно вздрогнул, но не отвел взгляда.       — Ты прав, — резко ответил он. — Но всё же я...       Он не успел договорить. Внезапно круг из трав вспыхнул ярко-синим пламенем, осветив пещеру на мгновение пугающе ясным светом. Джеюн вскочил на ноги, одним движением выхватив из-за пояса узкий изогнутый клинок, о котором Сонхун даже не подозревал.       — Не двигайтесь, Ваше Высочество ! — прошипел лекарь, становясь между принцем и тьмой.       Из черноты за кругом раздался звук, от которого кровь застыла в жилах. Нечто среднее между шипением змеи и детским смехом. Свет костра внезапно погас наполовину, словно невидимая рука прикрыла его ладонью.       — Что это... — начал Сонхун, но Джеюн резко поднял руку, заставляя замолчать.       Тени за пределами круга сгущались, принимая очертания. Что-то высокое, слишком высокое для человека, медленно выпрямлялось в темноте. Длинные пальцы с когтями, блестящими как мокрый камень, скользнули по границе светового круга, но не пересекали его.Джеюн стоял неподвижно, его клинок дрожал в руке, отражая угасающий свет костра. Но голос лекаря звучал удивительно спокойно:       — Мы всего лишь путники. Ищем проход в Западное королевство.       Тьма зашевелилась. Из неё вырвался шепот, состоящий из десятков голосов одновременно — мужских, женских, детских, но все они звучали неестественно, словно кто-то пытался имитировать человеческую речь, не понимая её сути.       — Кррровь... Кровь королллей течёт в его жилллах... — прошипела тьма. — Король верррнёёётся...Корроллль ужеее вернулся...       Сонхун почувствовал, как что-то тёплое и липкое стекает по его шее. Он поднял руку, пальцы окрасились тёмно-красным. Татуировка кровоточила.       Джеюн резко обернулся, его глаза расширились при виде крови.       — Чёрт ! — выругался он, одним движением сорвав с шеи шарф и прижав его к татуировке принца. — Ваше Высочество, вы в порядке?       Сонхун хотел ответить, но в этот момент круг из трав вспыхнул в последний раз и погас. Тьма ринулась вперёд.       Последнее, что он увидел перед тем, как мир поглотила чернота это лицо Джеюна, искажённое незнакомой яростью, и его глаза... Его глаза, в которых вдруг вспыхнуло настоящее пламя.