Они пожали друг другу руки. Год первый

— Как бы мне хотелось пойти с вами, — печально вздохнула Панси, когда они поднялись из-за стола после обеда. Была пятница, и после недели ожидания наконец настал день возмездия для Хагрида. — Я тоже, — уныло протянула Трейси, без своей привычной улыбки. — О, какие мы несчастные. — Мы уже обсуждали это, — терпеливо напомнила Дафна. — Идти можем только я, Гарри и Милли. — Это не значит, что мы должны радоваться, — проворчал Драко, раздраженно пнув какой-то невидимый предмет на полу. — Этот громила всех нас оскорбил, сказав то, что сказал. — У него не было права так говорить — согласилась Милли. — Не тогда, когда он даже не стал полноценным волшебником. Он же просто лесничий. — Даже если бы он доучился, — возразил Тео, — он ведь не был в Слизерине. Только слизеринцы могут судить слизеринцев. — Солидарность, — кивнул Гойл. — Хорошее слово, — одобрительно пробормотал Крэбб. — Все дело в том, что нас должны судить равные, — продолжил Драко, — а среди других факультетов нам равных нет. — Истинная правда, — подхватила Милли. — Хагрид казался мне хорошим человеком, — мрачно сказал Гарри. — Когда он забрал меня от магглов, я подумал, что он очень добрый. Он даже торт мне принес — первый день рождения, который кто-то вообще отметил. И он использовал магию. — Магию?! — изумился Драко. — Какую именно? — Он наколдовал Дадли свиной хвост, — ответил Гарри. — Так вот что он имел в виду, когда говорил, что хотел бы сделать твоему кузену еще и подходящие уши! — воскликнула Милли. — Но ему нельзя колдовать! — все еще удивленно воскликнул Драко. — Его же отчислили, а при отчислении ломают палочку. — Несомненно, — кивнула Трейси. — Как же он тогда колдовал? Где он достал палочку? — Он не пользовался палочкой, — объяснил Гарри. — Он просто направил зонтик. И на Дадли, и на камин, чтобы развести огонь. — Если об этом кто-то узнает, у него могут быть большие неприятности, — задумчиво протянул Тео, почесав подбородок. — Если он сохранил обломки своей палочки, то мог встроить их в зонт. Вам надо следить, чтобы он не смог воспользоваться им, пока вы его проклинаете. — Если он вообще будет в состоянии что-то вспомнить, — рассмеялась Панси. — Когда мы добрались до Косого переулка, он первым делом рванул в паб, — продолжил Гарри, возвращаясь к рассказу. — Я пошел за мантией, а он сказал, что ему надо «опохмелиться» и вернулся обратно в «Дырявый котел». Он постучал в окно, пока мы с Драко стояли на скамейке, но быстро исчез, — вспомнил Гарри. — Наверняка обратно заполз за добавкой, — с презрением фыркнул Тео. — О, я уверен, что так оно и было, — уверенно подтвердил Гарри. — Я очень долго выбирал палочку, а он все это время пил. Когда наконец пришел за мной, он уже горланил и орал, как мой дядя Вернон. — Это точно, — подтвердил Драко. — У него тогда лицо красное было, я помню. — Пить при студентах, — с откровенным презрением протянула Милли. — Какая мерзость. Какой пример он подает? Эта фляжечка ведь у него с собой — он ведь из нее постоянно прихлебывает. — И он был возмутительно груб с твоим отцом, — напомнил Гарри, обращаясь к Драко. — Мистер Малфой был со мной очень любезен, а Хагрид устроил настоящую сцену. А потом, когда утащил меня, наговорил всяких гадостей. — Правда? — прищурился Драко. — И что же он сказал? — Например, что твоя семья сплошные неприятности и что мне лучше держаться от тебя подальше, — с явным отвращением вспомнил Гарри те ужасные вещи, что сказал ему Хагрид. — Гнойники, — холодно произнес Драко, скрестив руки на груди. — Что? — переспросил Крэбб. — Гнойники, — повторил Драко. — Дафна, хочу, чтобы у Хагрида появились гнойники на заднице. Позаботишься об этом, милая? Дафна хищно улыбнулась. — С удовольствием. Остальные уже придумали, какие заклятия мне использовать? Пока остальные озвучивали свои пожелания, Тео подошел к Гарри. — Ты точно запомнил версию? — Да, — кивнул Гарри. — Хагрид был пьян и оскорбил профессора Снейпа. Мы разозлились и наложили на него проклятия. А потом убежали. — Отлично, — довольно сказал Тео. — Это рискованное дело, ты понимаешь? — предупредил он. — Понимаю, — серьезно кивнул Гарри. — Скорее всего, это обернется потерей очков и отработками для всех нас. — Не такой большой потерей, как если бы выяснилось, что все это было заранее спланировано, — добавила Милли, — или если бы мы все отправились туда. — Именно, — согласился Тео. — Но оно того стоит. — Ага, — кивнула Милли. — Профессор Снейп всегда говорит, что мы должны действовать с вескими основаниями. Защита его доброго имени — вполне достойная причина. — Надеюсь, его имя действительно доброе и заслуживает защиты, — тихо заметил Тео. — Я не хочу верить, что он замешан в этой истории с камнем, но не могу игнорировать улики. — Давай не будем снова спорить, — взмолился Гарри. — Пока сосредоточимся на ближайшей цели. Мы защищаем наш факультет. Они поспешили в пустующую аудиторию, которую давно обустроили под свою личную тренировочную комнату. Гарри, Милли и Дафна начали отрабатывать заклинания, готовясь к предстоящему визиту. Остальные тренировались, читали или писали домашние работы. Уже наступил май, и приближались экзамены. Когда башенные часы пробили три, Гарри и девочки покинули замок. Они двигались к хижине лесничего неспешным, почти мучительно медленным шагом, каждый мысленно готовясь к предстоящему делу. Несмотря на теплую погоду, над хижиной клубился дым. Гарри твердо постучал в дверь. Изнутри раздался яростный лай Клыка, заглушивший любые слова Хагрида. Прошло несколько минут, прежде чем дверь наконец приоткрылась, и в щель показалось лицо лесничего. — Не ждал, что вы снова придете после прошлого раза, — буркнул он. — Но я очень занят. Может, на следующей неделе. Он уже собирался закрыть дверь, но Милли ловко подставила ногу. Прежде чем Хагрид успел среагировать, трое слизеринцев прошмыгнули внутрь, выхватив палочки. — Эй, да что это вы творите?! — возмутился Хагрид. — На прошлой неделе вы оскорбили главу нашего факультета, — холодно сообщила Милли. — Мы пришли взыскать должок. — Ты хочешь сказать — отомстить, — скрестил руки на груди Хагрид. — Директор об этом узнает, можете не сомневаться. — Разумеется, — спокойно ответила Дафна. — Но как еще мы должны были отреагировать, когда нас оскорбляют в лицо? Нет, думаю, наказание для нас будет весьма мягким. Гарри внимательно следил за Хагридом, не опуская палочку, но жар от камина мешал сосредоточиться. В хижине было душно, по спине стекали капли пота. Раздался странный лязг из-за камина. — Ну, — громко заговорил Хагрид, — делайте уж, что задумали. Думаю, извинения тут не помогут. — Что это за звук? — насторожилась Милли, не позволяя себе отвлечься. Лязг повторился, словно металл ударялся о металл. — Ничего особенного, — поспешно ответил Хагрид. — Просто ветер, эта старая хибара вся ходуном ходит. — Это доносится из камина, — заметила Дафна и направилась туда. — Прошу вас, может, просто покончим с этим? — попытался отвлечь их Хагрид, но Дафна не слушала. Она наклонилась ближе к камину, заглядывая под котел, что висел над тлеющими углями. — Хагрид! — резко воскликнула она. — Что ты делаешь?! — Что там? — спросил Гарри, подбегая к ней. Хагрид только застонал и закрыл лицо руками. — Это драконье яйцо, — сообщила Дафна. — Хагрид, ты совсем спятил? Разведение драконов запрещено! Это прямое нарушение Конвенции колдунов от 1709 года! Даже ты должен это знать! — Драконье яйцо?! — восхищенно протянула Милли, подойдя ближе. — Ух ты! Где ты его достал? Должно быть, оно стоило целое состояние! — Выиграл, — пробормотал Хагрид, смущенно почесав бороду. — Вчера ночью зашел в деревню, немного выпил… В карты играл со странным малым, а он вдруг на кон яйцо поставил. Мне повезло — три короля и две семерки. Забрал яйцо себе. Кажется, тот парень был только рад от него избавится, а я стал счастливее всех на свете! — А что ты собираешься делать, когда он вылупится? — требовательно спросила Дафна. — Держать его здесь все время? Хагрид, ты живешь в деревянном доме! — Я тут почитал немного, — ответил Хагрид, игнорируя ее упрек и вытаскивая из-под подушки потрепанную книгу. — Взял в библиотеке — «Разведение драконов для удовольствия и наживы». Книжка старая, конечно, но такая информация не устаревает. Значит так: держать яйцо в огне, потому что их матери обогревают их своим дыханием, а когда оно вылупится, надо кормить малыша каждые полчаса — ведром бренди, смешанным с куриной кровью. А вот тут написано, как распознавать разные породы и их яйца. Это, например, норвежский горбатый дракон. Они редкие, такие… — Хагрид, это безумие, — попытался вразумить его Гарри, но лесничий его не слушал, продолжая восторженно разглагольствовать о драконах. — Что ж, это было весьма занимательно, — протянула Милли, — но нам пора. Хагрид тут же замолк. — Так вы меня не собираетесь заколдовывать? — с надеждой в голосе спросил он. — И никому про это не расскажете? — У нас есть кое-что получше, чем обычная порча, — ответила Милли. — Хагрид, ты фактически подталкиваешь нас к соучастию в преступлении. Мы обязаны сообщить об этом. — Нельзя! — лицо Хагрида вытянулось от ужаса. — Возможно, есть и другой вариант, — протянула Дафна мягким, бархатным голосом. Все сразу уставились на нее. — Хагрид, а что ты дашь нам за молчание? Лицо великана мгновенно омрачилось. — Деньги вам зачем? — проворчал он. — У вас и так их больше, чем вы знаете, куда деть. Дафна покачала головой, ее светлые волосы плавно качнулись вслед за движением. — Не деньги, Хагрид. Нам нужна информация. Мы хотим знать больше о чарах, охраняющих Философский камень. Судя по выражению лица Хагрида, он понимал, что загнан в угол. Он не мог ни раскрыть эту тайну, ни отказать им в ответе. В любом случае его ждала беда. Дафна одарила его сладкой улыбкой. — Мы поговорим об этом на следующей неделе, — промурлыкала она. — Гарри? Милли? Пойдемте. Когда они спускались в подземелья и направлялись к спальням, их разговор свелся к обсуждению того, какую именно информацию стоит запросить у Хагрида, а также к возможности, что он попросту сумасшедший. — Надо выяснить, какие именно защиты наложены на камень, — рассуждала Милли. — И какой профессор поставил какую защиту. — Что, ради основателей, он собирается делать с чертовым драконьим яйцом?! — негодовала Дафна. — Думает, что сможет его вырастить?! — Выводить дракона в крохотной хижине? — Гарри покачал головой, все еще не веря в происходящее. — Он окончательно спятил. — Он должен был быть в стельку пьян, чтобы даже подумать о том, чтобы принять драконье яйцо в качестве выигрыша, — заявила Дафна. — Но мне все равно. Теперь у нас есть рычаг давления, и мы можем выяснить все, что нужно знать о камне и его защите. Они продолжали путь, не замечая, что за ними подслушивают. Пара веснушчатых ушей услышала каждое слово. Всю следующую неделю слизеринцы продолжали готовиться к экзаменам. Хотя их немного расстроило, что Хагрид так и не получил обещанного наказания, мысль о собранном компромате приводила их в восторг. Было трудно сохранять хладнокровие и делать вид, будто ничего необычного не происходит. Они были так сосредоточены на учебе и тайне, что даже не утруждали себя насмешками над Уизли, хотя тот предоставлял для этого массу поводов. После тренировок по квиддичу кто-нибудь из их компании всегда прогуливался поблизости от хижины Хагрида и заглядывал в мутное, запыленное окно. В один из таких дней, во вторник, Милли принесла важную новость: дракон вылупился. — Это просто замечательно, — довольно сказала Дафна. — Теперь избавиться от него будет гораздо сложнее. — Хотя, вряд ли он вообще попытается, — презрительно заметила она. — Судя по тому, как он болтал о всем, что вычитал в книгах… — Эй! — возмутился Тео. — Не стоит недооценивать то, чему можно научиться из книг! — Я и не знал, что он вообще умеет читать, — рассмеялся Драко. Пятница наступила нескоро, а лекция по зельеварению тянулась бесконечно. Когда их наконец отпустили, слизеринцы невозмутимо вышли из класса, невозмутимо прошли по коридору, невозмутимо завернули за угол… и, сломя голову, рванули в Большой зал. Поев как можно быстрее, они поспешили обратно в подземелья, чтобы продолжить подготовку к экзаменам. — За работу, — скомандовала Дафна, вынимая палочку. — Зачем? — удивился Гарри. — Мы же просто хотим задать ему вопросы. — Да, — подтвердила Дафна, — но информация — это плата за наше молчание о драконе. А за оскорбление нашего факультета он все равно получит свое. — Ты ведь не забыл? — уточнил Драко. Гарри покачал головой. — Нет, я не забыл про оскорбление, но с этим драконьим яйцом и всем остальным… Я думал, что мы уже не будем его заколдовывать. — Месть — это блюдо, которое подают холодным, — напомнила ему Трейси. — Ты мог отложить ее из-за яйца, но не должен забывать, за что именно он заслужил это наказание. Гарри задумался. В ее словах был смысл. Он гордился своими хорошими оценками, и Снейп, конечно, не имел отношения к его успехам ни в астрономии, ни в чарах, ни в защите от темных искусств. Единственное, на что профессор мог влиять, — это его оценки по зельям, и Гарри знал, что заслужил каждую полученную отметку . — Ты права, — согласился он. — Мы не должны забывать о проклятии, но сначала узнаем все, что нам нужно. — Именно, — кивнула Дафна. — У меня есть список вопросов. Мы получим свои ответы. Спустя несколько часов Гарри постучал в дверь хижины Хагрида. Лесничий тут же распахнул ее, пропуская их внутрь. Все трое осмотрелись в поисках дракона. — Вы опоздали, — сообщил им Хагрид, потягивая что-то из огромной кружки. — Маленький Норберт улетел. — Улетел? — хором переспросили они, не веря своим ушам. — Ага, — довольно подтвердил Хагрид. — Так что больше вам нечем меня шантажировать. — Он сделал еще один большой глоток. — Куда он делся? — требовательно спросила Дафна. — Я отправил его в Румынию к Чарли Уизли, — похвастался Хагрид. — Он там с драконами работает, так что Норберт будет в безопасности. — Уизли?! — воскликнул Гарри. Лицо Хагрида тут же помрачнело. — Мне не стоило этого говорить… — пробормотал он. — Откуда Чарли Уизли узнал про дракона? — спросила Милли. — Куда именно он его увез? — Маленький Рон рассказал мне про Румынию, а потом отправился в деревню на встречу с братом, и… — Хагрид осекся. Отложил кружку в сторону. — Мне не стоило этого говорить, — повторил он дрожащим голосом. — Уизли покинул территорию школы?! — Дафна не могла поверить своим ушам. — Милли, Гарри, пошли! Они бросились к замку. — Должны… сказать… профессору… Снейпу… — выдохнула Милли на бегу. Они влетели в главный холл, но едва завернули за угол, как перед ними возникла профессор Макгонагалл. — Стойте! — приказала она. Троица едва не поскользнулась, останавливаясь. — Что все это значит? — строго спросила преподавательница. — Бегать по коридорам запрещено! Это безрассудно и опасно. Немедленно объяснитесь. Гарри переглянулся с Милли. Милли — с Дафной. Дафна — с Гарри. Все трое разом кивнули. — Рон Уизли покинул территорию школы, профессор, — быстро сказал Гарри, стараясь, чтобы его голос звучал убедительно. — Чушь, — тут же отрезала Макгонагалл. — Это правда! — поддержала его Дафна. — Он помогает переправить дракона в Румынию! — Мисс Гринграсс, вы немедленно прекратите говорить такую чушь. — Она не лжет! — возмутилась Милли. — Мы сами видели дракона! Конечно, они видели его только через грязные окна хижины Хагрида, но это тоже считалось. — Молчать! — губы профессора Макгонагалл сжались в тонкую белую линию. Она строго посмотрела на них поверх очков, ее лицо побледнело от гнева. — Я не намерена слушать подобную отвратительную ложь. Очевидно, вы просто пытаетесь подставить мистера Уизли. Всем троим — наказание! Немедленно отправляйтесь в свою гостиную. И знайте, я непременно поговорю с профессором Снейпом. Я не потерплю лжи преподавателям. Живо! Гарри сжался под яростным взглядом Макгонагалл. Это было так несправедливо! Он кипел от злости. Только потому, что они были слизеринцами, все сразу считали, что они лгут. Даже профессор Макгонагалл, известная своей справедливостью и беспристрастностью, не поверила им просто потому, что история звучала невероятно, и автоматически решила, что они задумали что-то плохое. Как бы Уизли ни узнал о драконе, он, несомненно, намеренно лишил их рычага давления на Хагрида, а в довершение всего они еще и схлопотали наказание. Гарри хотелось ударить что-нибудь от злости. Отомстить Уизли времени не было, но слухи быстро разносились, и вскоре до них дошло известие, что профессор Снейп поймал Уизли, когда тот крался обратно в замок после отбоя. В результате гриффиндорец потерял очки и получил собственное наказание. Это было небольшое, но утешение — хотя бы Слизерин не лишился баллов. Вечером, после окончания занятий, Гарри, Дафна и Милли отправились в кабинет Макгонагалл. — Профессор? — Дафна постучала в дверь. — Мы можем занять у вас несколько минут? — Разумеется, мисс Гринграсс. Входите все. У вас вопросы по домашнему заданию? — Вообще-то, мэм, мы надеялись, что вы пересмотрите наше наказание. Макгонагалл подняла одну бровь. — Вы назначили нам отработку, потому что посчитали, что мы солгали о том, что Уизли покинул территорию школы. Но профессор Снейп поймал его, когда он возвращался в замок той же ночью, так что мы не лгали, — пояснила Дафна. — Мисс Гринграсс, наказание вы получили не за это, а за сочинение нелепых историй о драконах. Возможно, я бы прислушалась к вашему сообщению о студенте, который оказался не в том месте, но добавлять к этому такую невероятную фантазию… Это выглядит как злонамеренный вымысел. Я не потерплю лжи преподавателям. Вы отработаете наказание, как и было запланировано. — Когда именно, профессор? — Я обсуждаю детали с мистером Филчем. Вас известят. Что-то еще? — Нет, мэм, — вздохнула Дафна. — Вы свободны. Гарри попытался не расстраиваться, когда они шли обратно в гостиную. — Ну, стоит признать, что история и правда звучит неправдоподобно. — Но это не делает ее менее правдивой, — возразила Дафна. — Представь себя на ее месте. Ты бы нам поверила? — Вероятно, нет. Но мне от этого не легче. — Думаю, теперь у нас есть еще больше причин наложить заклятие на Хагрида за то, что из-за него нас наказали, — задумчиво сказала Милли. — Если мы это сделаем, получим еще одно наказание, — напомнил Гарри. — Думаю, стоит просто забыть об этом. — Вероятно, ты прав, — согласилась Милли. — Мне и так будет сложно объяснить это родителям. — Но можно хотя бы проклясть Уизли? Это ведь из-за него все началось, — предложила Дафна. — Заманчиво. Очень заманчиво… Неделя тянулась мучительно долго. Их дни были заполнены зельями и ингредиентами, заклинаниями, проклятиями, датами великих открытий, восстаний гоблинов, расположением звезд и фазами луны, свойствами трав и грибов, а также всем, что они изучили за прошедший учебный год. Гарри и его друзья засиживались допоздна, повторяя материал. На игры вроде шахмат или взрывающихся карт времени не оставалось. Слизеринская гостиная превратилась в тихое место, где каждый был сосредоточен на чтении книг и заполнении конспектов. Профессор Снейп теперь проводил долгие часы, сидя в кресле у камина, проверяя домашние работы. Однако он всегда был готов отложить перо и ответить на любой вопрос. И спрашивали его не только о Зельях. Разумеется, вопросов по этому предмету было немало, но он также отвечал на запросы о Чарах, проклятиях, защитных и атакующих заклятиях, Древних Рунах (предмете для старших курсов), Арифмантике (также доступной для старшеклассников), травах, грибах и даже о Трансфигурации. Каждый ученик хотя бы раз обращался к своему декану за помощью, и профессор Снейп помогал всем — не повышая голос, не отмахиваясь. Было очевидно, что слизеринцы его глубоко уважали. — Эти сведения просто не могут быть правдой, — сказал Гарри Тео однажды вечером, когда они готовились ко сну. — Я не верю, что Снейп пытался меня убить. — Мы опять будем это обсуждать? — устало протянул Драко. Лицо Тео оставалось задумчивым. — Нет, Гарри прав. Я тоже наблюдал за Снейпом на этой неделе, и у меня не складывается такая картина. — Профессор Снейп действительно заботится о нас, — заметил Гарри. — Любой дурак это поймет. — Ах, значит, ты дурак? — лукаво поинтересовался Драко. Гарри скорчил ему рожу. — Ты сам это видишь, Драко. Не отрицай. Он наш декан, и я считаю, что мы должны рассказать ему все, что знаем о Философском камне. Он поможет нам, я уверен. Драко кивнул. — Ладно, — согласился он. — Может, нам стоит вообще забыть об этой истории? Вдруг Квиррелл хочет заполучить камень просто, чтобы вылечить свое заикание? Мальчишки рассмеялись. — Хорошая шутка, Драко, — ухмыльнулся Гойл. — Это было бы действительно ужасно, — продолжил блондин. — Представляете, стать бессмертным и всю вечность заикаться? Кто бы на такое согласился? — он снова расхохотался. — Мы ничего не забудем, — резко отрезал Гарри. — Это Квиррелл пытался меня убить, и он за это ответит. Драко тут же стал серьезным. — Верно. Я об этом не забыл. Тео улегся, натянув простыни до самого подбородка. — Обсудим это утром, — зевнул он. — Сейчас у меня даже нет сил, чтобы сделать бутерброд с сыром.

***

В понедельник утром за завтраком Гарри, Милли и Дафна получили записки. Во всех трех было одно и то же сообщение от Макгонагалл, в котором указывались условия их отработки.

Ваше наказание состоится в одиннадцать часов вечера. Встретьтесь с мистером Филчем в главном холле.

М. Макгонагалл

Заместитель директора

Гарри, полностью погруженный в учебу, успел совсем забыть об их наказании. Теперь же, когда ему напомнили, он вновь ощутил ярость от несправедливости всей этой ситуации. — Нас троих не только несправедливо отправляют на отработку, но мы еще и пропустим ночь, когда могли бы поучиться, — заметила Дафна. Гарри коротко рассмеялся. — Ладно, тогда я прогуляю Трансфигурацию, чтобы компенсировать потерянное время. — Эта старая ведьма даже не захотела нас слушать, — согласилась Милли. — Так что я не стану утруждать себя подготовкой к ее предмету. — Если она спросит, почему у меня плохая оценка, я ей прямо скажу, что не смогла подготовиться из-за того, что мне несправедливо назначили наказание, — кивнула Дафна. — Забудем про Трансфигурацию. — Да, забудем, — поддержал ее Тео. — Сейчас нам надо думать о Травологии. — Ох, конечно, — передразнила его Панси. — Мы будем думать о растениях, а ты можешь подумать о Мэнди. Тео закатил глаза. — Да я уже готов встречаться с ней, — раздраженно бросил он, — просто чтобы ты хоть пять минут держала язык за зубами. Панси усмехнулась: — Ой-ой, я что, задела твои чувства, Тедди? Он проигнорировал ее. — Ладно, Милли, расскажи мне про дикобразник. — Пора на занятия, — вздохнул Гарри, поднимаясь на ноги. В этот момент он пожалел, что у них не Зелья — наблюдать, как профессор Снейп издевается над Уизли, наверняка подняло бы ему настроение. Тео опрашивал их всех во время прогулки к теплицам. Гарри знал ответы не только на те, что задавали ему, но и на вопросы, которые Тео задавал другим, а также на те, что позже задаст профессор Стебль всему классу. За экзамен он не беспокоился — Травология была тесно связана с Зельями, предметом, который ему действительно нравился. Терри, Мэнди и Падма поздоровались с ним, когда он занял свое место.С тех пор, как был пикник, трое равенкловцев изо всех сил старались быть дружелюбными, и это было приятно. Слизеринцы и так уже давно дружили с ними, но Гарри тоже радовался, что хорошо с ними ладит. После Травологии шла История магии — предмет, который Гарри терпеть не мог. Даже если он старался не заснуть, через несколько минут все равно проваливался в дремоту. Читать учебник было скучно, но монотонное бормотание Биннса вообще вызывало желание научиться экзорцизму. Громкий звонок разбудил его, и он, пошатываясь, побрел по коридору. — Я голоден, — сказал Гойл, потирая живот. — Ага, — кивнул Крэбб. — Еда — это хорошо. — Он повернулся и подозрительно уставился на Драко. — И не смей называть меня дубиной! Драко сделал обиженный вид: — Даже в мыслях не было. После обеда у них было свободное время, которое они провели в библиотеке, занимаясь. Подземелья были уютными, но время, потраченное на спуск и подъем по лестницам, лучше было использовать на чтение. Гарри было жаль, когда свободный период подошел к концу — теперь им предстояла Трансфигурация. Когда они вошли в класс, профессор Макгонагалл встретила их холодным взглядом. Слизеринцы молча заняли свои места, готовясь к очередной нотации. Она всегда была вежлива, но в ее голосе порой звучала такая язвительность, что всем становилось понятно, насколько низко она их оценивает. С тех пор как она назначила Гарри, Милли и Дафне отработку, слизеринцы невзлюбили заместителя директора еще больше — так что счет был равный. Гарри слушал ее лишь вполуха. Она всего лишь повторяла материал, который они прошли на прошлой неделе, и ему было скучно. Мысли его блуждали вокруг предстоящего наказания. В маггловской школе его уже наказывали, но он подозревал, что сегодняшняя отработка будет хотя бы интереснее, чем унылое переписывание строк на доске. — Мистер Поттер? — раздался голос профессора Макгонагалл. Черт, она поймала его на том, что он не слушает. — Простите, вы не могли бы повторить вопрос? Думаю, я не расслышал, — ответил он небрежно, не собираясь давать ей повод вывести его из себя. — Минус пять баллов Слизерину, мистер Поттер, — холодно сказала она. Прозвенел звонок, не дав ему возразить, и они поспешили обратно в подземелья. Гарри плелся с кислым выражением лица. День явно не задался. Он пытался сосредоточиться на домашней работе, но постоянно ловил себя на том, что просто уставился в пространство. Ужин он почти не почувствовал на вкус. Не пытался больше делать уроки, а просто провел время, знакомясь со своими шахматными фигурками. Когда же настал час отработки, Гарри все еще пребывал в дурном настроении. Поэтому, когда он, Дафна и Милли поднялись по каменным ступеням из подземелий в главный холл, его глаза опасно прищурились, стоило ему увидеть, кто там находился. — А ты-то что здесь делаешь? — резко спросил он.