Реквием +51

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Шерлок (BBC)

Автор оригинала:
chappysmom
Оригинал:
https://www.fanfiction.net/s/8895042/1/

Основные персонажи:
Джон Хэмиш Ватсон, Майкрофт Холмс, Салли Донован, Шерлок Холмс
Рейтинг:
G
Жанры:
Драма, Психология, AU, Дружба
Размер:
Миди, 36 страниц, 7 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Пострейхенбах. Джон превращает свое хобби в способ справиться с горем и начинает работать над одной вещью в память своего погибшего друга, пусть даже тот никогда не сможет ею воспользоваться. (Ну, как Джон считает:-)).
5 (и финальная) часть серии, где первая -"Деревянных дел мастер" - https://ficbook.net/readfic/3986295
Написано до 3 сезона.

Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде

Примечания переводчика:
Запрос на разрешение отправлен 18.04.2017, но ответа от автора до сих пор нет.

Глава 2

12 мая 2017, 17:04
      Но, разумеется, прежде чем приступить к работе над скрипкой, Джону еще многое нужно было сделать.
      Для начала ему требовалось снова вернуться на Бейкер-стрит. Он не мог обойтись без своей мастерской, да и миссис Хадсон он и так слишком надолго оставил в одиночестве. Он по-прежнему очень сомневался, что ему по силам подняться в 221Б, но в 221C можно было... да хоть раскладушку поставить. (Джон впервые испытал благодарность Майкрофту за то, что тот продолжал платить за квартиру аренду).
      Когда он туда переберется, нужно будет поискать кое-какую информацию. Не считая выструганной в десятилетнем возрасте простенькой деревянной дудочки, Джон никогда не думал над созданием музыкального инструмента — и уж тем более, такого требовательного, как скрипка. Все, что на данный момент было ему известно: скрипка потребует очень тщательной, дотошной работы, и все должно быть выполнено идеально — только тогда она будет звучать, как надо. (Ну, действительно, если инструмент будет с плохим звучанием... какой смысл за него браться?)
      Наверное, он сумасшедший, если хочет сделать скрипку, способную сравниться со Страдивариусом, но, может, именно это ему и нужно?
      Но все равно, сначала надо изучить вопрос. Он даже не знал, как называются части скрипки, и еще меньше — как ее делать. Какое дерево ему понадобится? Может, какие-то особые инструменты? И как прикреплять струны к шейке? (Она вообще называется "шейкой"? Или грифом?)
      Ночью Джон почти не спал. Ладно, он почти не спал уже три месяца: либо крутился и ворочался в постели без сна, либо засыпал, но его без конца будили кошмары.
      Но этой ночью — ночью, когда он решил сделать скрипку — его разум буквально переполняли планы на будущее.
      И это было приятно, чувствовать подобное предвкушение.
      Потому что, как это ни странно, но мысль создать скрипку, приводила Джона в приятное возбуждение. Раньше он ни за что бы не посмел взяться за такую задачу — Шерлок превратил бы процесс в нечто весьма для Джона мучительное. Влезал бы на всех этапах, экспериментировал с разными породами дерева и видами воска, и...
      Нет. Джон оборвал себя. Надо думать об этом, как о сюрпризе, а не о совместной работе. Пусть это будет подарок, дань памяти. Будь он художником, он бы нарисовал портрет друга. Будь скульптором — вылепил бы его статую. Но он работал с деревом, и лучшее, что ему приходило в голову, это создать своими руками скрипку — сделанный с любовью инструмент в память о тех долгих часах, что Шерлок проводил с ней, своей нежно любимой "особой".
      Итак, завтра, подумал Джон, уставясь в освещенный луной потолок. Завтра он отправится на Бейкер-стрит. Надо будет извиниться перед миссис Хадсон, что он бросил ее так надолго. Он знал, что она все понимает, но ей тоже было больно. Они с домовладелицей остались единственными, кто искренне тосковал по Шерлоку, и им пора уже было объединиться. Кроме того, миссис Хадсон не молодеет, и ее больное бедро... он бы меньше переживал за нее, если бы находился поблизости. Он не может себе позволить потерять еще кого-то из близких.
      Потом надо будет как следует убраться в 221C. Он оставил там кавардак. (Больше, чем кавардак. Мастерская была завалена обломками, слишком напоминавшими его жизнь). И это лишь одно место, которое ему предстоит вычистить.
      Дальше он займется поиском информации. Интересно, есть ли в Лондоне скрипичные мастера? Ему бы проконсультироваться хоть с чего начать. Должны быть. Шерлок наверняка знал, но... сейчас его об этом не спросишь. Придется как-то самому выворачиваться.
      Джон в очередной раз перевернулся в постели и врезал кулаком по подушке. Надо хоть немного поспать. Раньше же ему это удавалось. "И это не составляло труда", — напомнил себе он. Правда, если быть честным, то легко ему не спалось уже много лет, хотя жизнь с Шерлоком чудодейственно смягчила проблему его "афганских" кошмаров. Шерлок смягчал многие проблемы. Люди просто не понимали. Разумеется, друг был нетерпелив, высокомерен и требователен. Ему не хватало терпения на тех, чей разум не был столь блестящим, как его собственный (то есть на всех окружающих), но это не значило, что ему все равно. Он не раз демонстрировал, что беспокоится за Джона и разными способами, и сейчас тот продал бы душу, лишь бы услышать, как Шерлок играет колыбельную ему на скрипке.
      Джон взмахом откинул одеяло и сел. Ладно. Сна ему определенно не видать, так что лучше пойти на кухню, заварить чая и, может быть, что-нибудь перекусить, а потом можно будет начать строить планы — уже реальные. Он целиком посвятит себя созданию скрипки, как посвящал себя Шерлок... да всему, пожалуй, посвящал. Полным погружением. И если повезет, к окончанию задачи призрак Шерлока немного смягчится, и Джон сможет хоть час-два в день жить без ноющего чувства потери, эхом пронизывающего его с головы до ног.

* * *


      — О, Джон, как я рада! Я так скучала по вам... вам обоим.
      — Я знаю, и прошу прощения, миссис Хадсон. Я просто... не мог прийти.
      — Конечно-конечно, я все понимаю, дорогой. Не волнуйтесь об этом, — домовладелица налила Джону чай и подтолкнула тарелку булочек-сконов. — Я наверху ничего не трогала, только немного протерла пыль.
      У Джона пересохло во рту.
      — О, нет. Я... я еще... не готов подниматься туда. Я просто подумал, что могу ночевать пока в 221C.
      Миссис Хадсон растеряно на него посмотрела.
      — Но...
      — Я знаю, это кажется немного безумным, но мне пока даже зайти в дом достаточно тяжело. Когда-нибудь я все равно туда поднимусь.
      Все еще озадаченная домовладелица ему улыбнулась.
      — Конечно, подниметесь. Вы снова будете делать в мастерской всякие вещи?
      — Не то, что вы думаете, — ответил Джон, потягивая великолепный чай. — Боюсь, я пока безработный. Я до сих пор не мог... просто не мог ничем заниматься. Если вы переживаете из-за арендной платы...
      — О нет, дорогой, — быстро откликнулась домовладелица. — Брат Шерлока обо всем позаботился. Он сказал, что Шерлок бы этого хотел.
      При мысли о Майкрофте, готовом исполнить хоть какое-то желание Шерлока, Джон скорчил гримасу, но кивнул.
      — Наверное, это было в завещании. Кажется, у Шерлока был трастовый фонд, и среди его положений — обязательство вносить плату за 221Б столько времени, сколько вам будет нужно. Но 221С оно не покрывает, и я...
      — Даже не смейте заикаться на эту тему, Джон Ватсон, — твердо заявила домовладелица. — Вы — семья, и я никогда бы не сдала эту квартиру никому другому. Пользуйтесь столько, сколько будет нужно. Можете оплачивать коммунальные услуги — так мы оба не будем в накладе, но это все, что я от вас приму, молодой человек.
      Джон ощутил, что начинает расползаться в улыбке. Впервые за... он даже не мог сосчитать, за сколько времени.
      — Да, мэм, — вымолвил он наконец. — И я буду помогать вам с хозяйственными делами. Кстати, об этом... Вы не получали новостей из Скотланд-Ярда?
      Глаза пожилой леди тут же повлажнели.
      — Вы про запись? Инспектор Лестрейд вчера вечером приносил ее послушать. О, Джон...
      — Я знаю, — Джон сам усиленно заморгал. — Он сделал это ради нас.
      Миссис Хадсон, шмыгнув носом, кивнула.
      — Ах дорогой, милый мальчик. Я даже не могу теперь на него сердиться за то, что заставил нас все это пережить, поскольку сейчас знаю, что...
      — Во всем виноват Мориарти, — закончил за нее Джон. — Я понимаю.
      Какое-то время они сидели в уютной тишине: пили чай и ели превосходные булочки миссис Хадсон (которые оказались вкуснее всего, что Джон мог вспомнить за последние месяцы).
      Потом Джон сказал:
      — Я подумываю сделать одну вещь. Для Шерлока. Я имею в виду, в его память... Не то, чтобы иначе я мог бы его забыть, но...
      Миссис Хадсон улыбнулась его неловкому бормотанию и, потянувшись через стол, взяла его за руку.
      — Что вы хотите для него сделать, Джон?
      Тот выдохнул, стараясь успокоиться. А если она сочтет это идиотизмом?
      — Скрипку.
      К его облегчению, лицо пожилой леди прямо-таки засветилось.
      — О, Джон. Это изумительно. Вы когда-нибудь уже делали что-то подобное?
      — Даже не помышлял. Я просто... мне просто кажется, что Шерлок бы... не то чтобы уж прямо оценил скрипку — у него же есть Страд[1], но оценил бы саму идею. Наверное, это сентиментально, но мне нравится так думать.
      — Он бы оценил, — твердо сказала миссис Хадсон. — Тут и думать нечего. И я считаю, что это замечательная идея. Вы поэтому сюда и вернулись?
      — Да. И из-за вас тоже, — ответил Джон. — Кажется, мне пришло время вернуться к тому, что я люблю. Как вы считаете?
      — Более чем, — ответила миссис Хадсон, и ее глаза вновь засияли.

* * *


      Следующие несколько недель были трудными, но, по крайней мере, трудными уже иначе.
      Жить на Бейкер-стрит, даже не поднимаясь в 221Б, было нелегко. Никогда раньше Джон не входил в дом без ожидания, что Шерлок сейчас сбежит вниз, что-то крича о деле.
      Миссис Хадсон помогала уже тем, что явно испытывала от его присутствия радость и облегчение. Они с домовладелицей были двое выживших на войне Шерлока Холмса — единственные люди, кто действительно понимал, каким хорошим человеком он был.
      А еще была пресса. После опубликования аудиозаписи, вся история с прыжком Шерлока, о которой уже, казалось, начали забывать, снова взрывным образом вернулась на первые полосы газет, заново возродив интерес к Шерлоку и всему, что было с ним связано. "Момент для переезда на Бейкер-стрит получился не слишком удачным", — думал Джон, вспоминая то время. Он вернулся ровно в тот день, когда вся эта история вновь попала в газеты, и некоторые сочли это доказательством, что Джон сомневался в Шерлоке и вернулся лишь потому, что теперь его невиновность была доказана.
      Джон, уже наученный опытом, даже не пытался что-то отвечать репортерам, раскинувшим лагерь около 221Б. Однако впервые за несколько месяцев он написал новый пост в блоге. Он коротко выразил облегчение, что Шерлоку наконец вернули его доброе имя, сообщил, что ни на мгновение в Шерлоке не сомневался и скучает по нему, а также поблагодарил всех за поддержку в трудное время.
      Не то, чтобы он действительно много ее получал — разве что неохотно принимал финансовую помощь от Майкрофта. Но опубликовав этот пост, он теперь мог просто игнорировать журналистов, в том числе и очень раздражающе настойчивых.
      Уборка в 221С заняла даже меньше времени, чем он предполагал. Он храбро встретил грудью призраков 221Б, поднявшись ровно настолько, чтобы метнуться в свою старую комнату и забрать оттуда спальный мешок, который он позже раскатал в 221С на старой армейской раскладушке, которую откуда-то извлекла миссис Хадсон. Ложе получилось не самое роскошное, но вполне удобоваримое. В мастерской была и маленькая кухонька, где можно приготовить чай, ну, а привкус опилок никогда ему не мешал.
      К концу недели 221C была приведена в порядок и готова к работе. Все инструменты снова лежали на своих местах, обломки разбитой мебели были убраны, а столы девственно чисты и в полной готовности. В голове Джона невольно завертелись военные термины. Все это очень напоминало боевую задачу — спасательную миссию — и только так он мог о ней думать, в максимально ясных и четких черно-белых тонах. Малейший намек на чувства — и он окажется за бортом.

* * *


      Джон нашел недалеко от Бейкер-стрит мастера по струнным инструментам и одним солнечным пятничным утром вошел в его мастерскую.
      — Привет! Я могу вам чем-то помочь? — поприветствовал его стоящий за стойкой мужчина лет пятидесяти с редеющей светлой шевелюрой и доброжелательной улыбкой. Он аккуратно положил на прилавок альт, который держал в руках.
      — Надеюсь, что сможете, — ответил Джон. — Я... знаю, это немного необычно, но мне нужно... я хочу сделать скрипку и надеюсь, что вы мне подскажете, с чего начать.
      Мастер поднял брови.
      — Да, это необычно. Могу я спросить, для чего вам это?
      — Наверное, можно считать, что это такой вид психотерапии. Мой лучший друг был виртуозным скрипачом, и недавно он погиб. Я подумал, что... если я сделаю для него скрипку, это может... помочь... Конечно, я понимаю, — заторопился Джон. — Не в ваших интересах обучать кого-то вашей работе, и я не прошу... Я понимаю, вы зарабатываете этим на жизнь. Мне просто нужно знать, откуда начать.
      Мастер смотрел на неловко бормочущего Джона, как на идиота. Казалось бы, он уже должен был привыкнуть к подобным взглядам, но нет. Зачем он вообще сюда притащился? Ясно, что это была ошибка — ясно, что из этого все равно бы ничего не вышло, и сейчас простонадоуйти. Просто. Уйти.
      Джон уже перенес вес на другую ногу, чтобы развернуться и уйти, как мастер вдруг произнес:
      — У вас, похоже, много вопросов, а мне все равно пора сделать перерыв. Может, зайдете? Выпьем чая, и вы заодно расскажете, что именно вам требуется.
      Джон моргнул.
      — Это очень мило с вашей стороны, но не стоит беспокоиться.
      — Ерунда, — мастер поднял открывающуюся часть прилавка и пропустил Джона в заднюю часть магазинчика. — Тут явно кроется какая-то интересная история, а моя мамуля всегда говорила, что я не могу перед ними устоять. Кстати, меня зовут Питер. Питер Джеффрис.
      — Джон Ватсон, — представился Джон, входя в заваленную материалами мастерскую и вдыхая знакомый аромат воска и дерева.
      Ему показалось, что в лице Питера на мгновение вспыхнуло узнавание, но пока тот наполнял водой чайник и включал его, оно уже растворилось.
      — Как я понимаю, вы никогда скрипок не делали. А... какие-нибудь другие инструменты?
      — Нет, если не считать в детстве какую-то дудочку. Я, в общем-то, делаю мебель, хотя по случаю делал прялку и веретена.
      — Восхитительно, — выдохнул Питер. — Прялки сейчас очень мало кто делает. У вас, наверное, своя мастерская? Можно на нее посмотреть?
      Джон заморгал — он не привык быть центром такого пристального и энергичного внимания. (Ну, если не считать внимания Шерлока).
      — Есть, — ответил он, — На Бейкер-стрит, но сейчас там смотреть почти не на что. Я последние месяцы в ней совсем не работал. Не испытывал такого желания, если честно. Пока не пришла в голову эта мысль.
      — Сделать скрипку для умершего друга.
      — Да. Я знаю, это звучит безумно, но...
      Питер покачал головой.
      — Не безумно — вполне уместно. Я уверен, ваш друг счел бы это за честь.
      Джон пожал плечами и принял из рук Питера чашку.
      — Я в этом не так уверен... видите ли, у него был Страдивариус. Как бы я ни старался, в сравнении это все равно будет лишь жалкой попыткой... но для меня суть не в том.
      — Страд? — глаза Питера широко раскрылись. — Феноменально. Их так мало осталось. А он... у кого сейчас эта скрипка?
      — Осталась в квартире, я думаю, если его брат ее не забрал. Я не был там с тех пор, как... Три месяца не был.
      Питер аж задохнулся.
      — Вы знаете... хорошую скрипку надо и хранить соответственно... особенно, если на ней не играют.
      Джон с трудом сдержал улыбку.
      — Умираете от желания на нее посмотреть?
      Питеру явно хотелось провалиться под землю.
      — Не могу отрицать: мне было бы очень интересно. У меня как-то был клиент с такой скрипкой, и мне было бы очень любопытно посмотреть на другой образчик. Ваш друг... был профессиональным скрипачом?
      Джон отрицательно покачал головой.
      — Совсем нет, но он очень хорошо играл. Одно из немногих занятий, которые он любил со всей страстью... пусть ему и нравилось заниматься этим посреди ночи, когда я пытался заснуть. Он говорил, что игра помогает ему думать.
      — Посреди... О. Так под другом вы имели в виду...
      — Я имел в виду друга. Мы жили в одной квартире, и он был моим лучшим другом, но это все, — Джон резко замолчал и поднялся на ноги. — Слушайте, это была ошибка. Спасибо за чай.
      — Нет, постойте. Простите, — Питер протянул ему руку. — Я не имел в виду ничего такого. Пожалуйста, позвольте мне помочь.
      Джон с минуту пристально смотрел на него и потом опять сел, осторожно вытянув плохо гнущуюся ногу.
      — И вы простите. Я слишком резко отреагировал. Просто до смерти устал от того, что все нас считают парой. Он был моим лучшим другом и спас мне жизнь. И я лишь хочу... сделать что-нибудь для него. Что-то, что бы ему понравилось. Я не жду, что моя скрипка сравнится с его Страдом, но... он оценил бы мои усилия. Во всяком случае, я на это надеюсь.
      Он задумчиво посмотрел на Питера. Может, скрипичный фанат-энтузиаст — это как раз то, что ему нужно? Такой своеобразный буфер для первой настоящей вылазки в 221Б?
      — Я не был в квартире со дня похорон. Честно говоря, я даже не знаю, там ли еще Страд, но если хотите, можете зайти — на тот случай, если брат моего друга все-таки оставил его бесценную скрипку на месте.
      — Что? Прямо сейчас? — Питер чуть не подпрыгнул от нетерпения.
      Джон глубоко вздохнул.
      — Да. Почему бы и нет?

* * *


      Джон остановился посреди лестницы, отыскивая на связке нужный ключ. Не считая пары набегов за вещами, он не был в 221Б со времени смерти Шерлока и до сих пор помнил, как давила тишина, когда он сидел там один. То был одна из худших ночей в его жизни.
      Он с извиняющейся улыбкой оглянулся на Питера и удивился выражению его лица. Оно отражало не просто желание увидеть редкую скрипку... здесь было еще что-то.
      Джон резко повернулся к мастеру и сжал зубы.
      — В чем дело?
      — А что? — в голосе Питера звучало удивление. — Не можете найти ключ?
      — Вопрос не в этом, — произнес Джон. — Вопрос в том, чего вы хотите.
      — Посмотреть на Страдивариуса, — неуверенно и растеряно сказал Питер.
      — Нет, — может, Джон и не был единственным в мире консультирующим детективом, но кое-что он схватывал. — Вас интересует не только скрипка. Что еще?
      Мгновение казалось, что Питер оскорбиться, но потом он ответил:
      — Ну, хорошо. Я действительно узнал вас по имени, а когда вы упомянули Страд... я понял, что вы говорите о Шерлоке Холмсе. Но, понимаете, — заторопился мастер. Джон ощутил, что лицо начинает гореть от ярости. — Я тоже знал Шерлока. Куда вы думаете, он ходил покупать струны и канифоль?
      Джон тяжело дышал, сражаясь с сильнейшим желанием выгнать вон этого человека.
      — Значит, вы поэтому предложили мне помощь? — наконец спросил он. — Хотели что-то разнюхать насчет Шерлока Холмса? Проникнуть в его квартиру? А потом, может, даже продать в газеты о нем какую-нибудь байку?
      Он испытал почти облегчение, когда на лице Питера отразился ужас.
      — Нет, что вы! Я просто беспокоюсь за его скрипку. Да, признаюсь, мне немного любопытно, я ведь его знал и видел те статьи в "желтой прессе"... ну, я обычный человек, как же иначе? Но, Джон, уверяю вас, я пришел не ради таких низостей. Я просто хочу помочь, чем смогу — не только этой бесценной скрипке, но и моему давнему другу. Ну, может, "друг" — это слишком громко сказано, но мы с ним время от времени говорили о музыке, когда он заходил в мою мастерскую. Мы просто приятельствовали, но клянусь вам, я знал Шерлока. И он даже просил меня о помощи.
      На лице Джона отразился откровенный скепсис.
      — Вы это серьезно? Шерлок ни от кого бы не принял помощи.
      — Ради вас — принял, — очень уверенно заявил Питер. — Вы знаете, что после того, как вы въехали, он приобрел сурдину[2]? Ну, знаете, такую глушилку, которой пользуются новички, когда еще только учатся и играют совершенно кошмарно? Он сказал, что у его нового соседа бывают кошмары, и он не хочет тревожить его сон. Не знаю, часто ли он ею пользовался, раз вы говорите, что он играл среди ночи, но то, что он купил ее — это факт. А это что-то да значит, верно?
      Джон в ответ только посмотрел на него, взвешивая слова, выражение лица, позу. В последние три месяца ему слишком часто приходилось иметь дело с надоедливыми идиотами, охочими до сплетен любителями острых ощущений. Он не собирался допускать подобных в 221Б. Для него это были почти священные земли, и он не осквернит их, впуская кого попало. Но Питер, похоже, был искренен, а его история звучала правдоподобно.
      — Джон? Это вы, Джон? — послышался с первого этажа голос миссис Хадсон. Джон уже собирался крикнуть в ответ, что это он, но домовладелица уже сама вынырнула из-за угла. — О, хорошо. Я уже отвыкла слышать кого-то наверху и... Питер? Это вы?
      — Миссис Хадсон, приятно вас снова видеть. Как ваше бедро?
      — Пока держится, дорогой, спасибо за заботу. Вы пришли помочь Джону с его скрипкой?
      Джон только и мог, что переводить глаза с одного на другого, как на теннисном матче, но их дружелюбная болтовня убедила его, что Питер говорил правду. Миссис Хадсон явно знала его и хорошо к нему относилась.
      — Я хотел показать Питеру скрипку Шерлока. Вы не против?
      Миссис Хадсон засмеялась.
      — Это ваша квартира, Джон. Вам не требуется мое разрешение.
      — Да, но я подумал, может, вы знаете, там ли еще она. Или Майкрофт ее забрал?
      Домовладелица задумалась.
      — Нет, скрипка была на месте, когда я в последний раз заходила. И я не помню, чтобы Майкрофт брал что-то, кроме одежды. Думаю, он хотел, чтобы все оставалось нетронутым, как в музее. Я, в том числе и поэтому, почти ни к чему там не прикасаюсь. Хотя на скрипку я посмотрела: проверила, что она в футляре и не лежит на солнце. Я знаю, что она очень ценная.
      — Тогда хорошо, — сказал Джон и толкнул дверь, впервые за долгие месяцы переступая порог 221Б.
Примечания:
[1] Сокращенно от Страдивари — прим. переводчика
[2] Сурди́на (итал. sordina от sordo — «глухой») — приспособление, применяемое во время игры на музыкальных инструментах, когда требуется ослабить, приглушить их звучность, или же изменить тембр. Википедия (с) — прим. переводчика

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.