Его Тьма +7

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
D.Gray-man

Основные персонажи:
Аллен Уолкер, Семья Ноя (группа персонажей), Экзорцисты (группа персонажей)
Пэйринг:
Я хз. Не дружу с пейрингами.
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Ангст, Драма, Мистика, Даркфик, Hurt/comfort, AU
Предупреждения:
Смерть основного персонажа, OOC, Нецензурная лексика, Смерть второстепенного персонажа, Элементы слэша
Размер:
планируется Мини, написано 2 страницы, 1 часть
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
От него отвернулись все: друзья и те, кого он мог назвать семьёй. И лишь они дали ему надежду.

Посвящение:
Бете, ведь именно она предложила начать писать этот фанфик. Спасибо ей огромное)

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Первый мой фик. Давно видела заявку о том, как Аллен становится Ноем. Идея понравилась. Прошу указать на все недочёты в моей работе.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!!!
Данная работа была написана человеком с личной шизофренией и тараканами в голове.

Пролог

14 января 2018, 16:21
Примечания:
Короче, царь решил написать фанфик. И вот что из этого вышло.
Напишите, пытаться ли мне добавить какой-либо юмор, а то у меня с этим не очень.
      С тех пор, как в Чёрном Ордене узнали о том, что Аллен Уолкер — хранитель памяти Ноя и, по сути, сам является Ноем, прошло пару недель. За это время отношение почти всех в Ордене к Аллену резко изменилось. Исключение составляли лишь Канда, Джерри и Комуи. Остальные же смотрели на него со страхом или презрением.
      Но самым странным было то, с каким спокойствием это воспринял сам Аллен. Он не смотрел на людей с прежней добротой. Но и с гневом или злобой тоже. Сейчас его спутниками были грустно-усталый взгляд и вымученная улыбка. Но лишь некоторые личности могли разглядеть в его глазах нечто большее. И это был страх.

POV Аллен.


      Почему-то мне страшно. Я боюсь того, что ко мне начали относиться, как в детстве. До встречи с Маной.
      Мне больно. Но не физически, а морально. Эта боль как бы поглощает меня, вызывая давно позабытое чувство — обиду. Мне обидно до той степени, что хочется заплакать. Но я не должен, ведь я обещал на могиле Маны, моего отца, что не заплачу больше.
      Сейчас я шёл по тёмным коридорам Чёрного Ордена. Странно, что раньше я не замечал этой немного гнетущей атмосферы.
      Вдруг я врезался во что-то мягкое.
— Тч. Смотри, куда прёшь, Стручок!
— Я Аллен, БаКанда!
      О! Да это же Юу-чан. Он — один из немногих, чьё отношение ко мне не изменилось. Хоть это радует.
      Я встал на ноги и потёр ушибленный копчик. Мать твою, больно! Мы бы начали очередной спор, но нас нагло прервали.

Конец POV Аллен.


      И в этот момент рядом пронёсся рыжеволосый вихрь по имени Лави. Вот и оно, Бессмертное Чудо Европейского Подразделения Чёрного Ордена. Бессмертное потому, что называть Канду по имени и при этом оставаться в живых может только он. Может, поэтому он так быстро бегает? Аллен мысленно поставил галочку напротив пункта «спросить позже». После своего не очень удачного торможения (ибо он чуть не пропахал своим Лавиченским тельцем добрых метра три) он крикнул:
— Юу-чан, Аллен, — когда он произнёс второе имя, в глазах Лави промелькнуло недоверие. — Смотритель вызывает вас к себе.
— Не смей называть меня по имени, тупой Кроль! А то засуну Муген в мягкое место и выпотрошу!
      Лави передёрнуло. И он, пискнув что-то вроде: «Спаситипамагити» смылся. Аллен вздохнул с облегчением и мысленно поблагодарил мечника за его сообразительность, после чего они молча направились в кабинет Комуи.

POV Аллен.


      И вот мы зашли в пункт назначения. Там, как обычно, было много различных бумаг, которым лет десять, не меньше. Я заметил, что некоторые документы каким-то неведомым образом были прилеплены к стене. Меня тут же охватило чувство ностальгии. Вспомнил, что на мою первую миссию меня отправили с БаКандой при похожей обстановке. Похоже, Юу не понял моей радости:
— Чё лыбишься, как идиот?
      Ну вот, меня теперь ещё и идиотом назвал. У меня и так самооценки почти не осталось, так ещё и он оскорбляет мою скромную персону. Тю~ Злюка!
— Я Аллен. Запомни, наконец, эти пять букв!
— Ты этого не достоин.
      Ну всё, я обиделся. Вот возьму и съем всю собу в Ордене. Посмотрим, как он запоёт…
— Ал-л-лен-кун… Что с тобой? — спросила только вошедшая Линали.
— А что такое?
— Твоя аура пугает…
      Ой! Что-то я размечтался… Ведь если я съем всю собу, этот недо-японец меня на месте порешает. Ну вот, все надежды прахом…
— А, да ничего такого…
      Тут девушка задала вопрос:
— А где Линк?
      Я ответил:
— Он отправился с докладом в Ватикан.
— А-а-а-а… Ясно.
— Где Комуи-сан?
      Тут мой взгляд зацепился за белую шапочку, которая была до боли знакомой. Я подошёл поближе и увидел Смотрителя в непонятной горе бумаг и деталей Комуринов. Он спал. Причём крепко. На моём лице появилась шаловливая улыбка. Я наклонился к уху Комуи и едва слышно сказал:
— Комуи-сан, а Линали выходит замуж…
      Вы знаете, как приятно наблюдать за этим медленно офигевающим лицом. Блин. Надо это запечатлить. Я шепнул Тиму, который был всё это время со мной:
— Тим, записывай это.
      Голем кивнул.
      В это время Смотритель, рыдая в три ручья и прижимаясь к ногам сестры, нёс какую-то несусветную чушь про то, что не хочет, чтобы Линали бросала его. Она вздохнула и сказала:
— Братик, Аллен просто пошутил, чтобы ты проснулся.
      Нехорошее у меня предчувствие. Ой, нехорошее…
      Комуи встал, посмотрел на Линали, потом на меня. После ещё раз на сестру, затем на меня. Кажись, до него допёрло.
— Ах, ты! Аллен-осьминог! Комурин CCXXI (прим.автора: 221. Число взято из головы, ибо последней версией был Комурин EX, а среди римских чисел таких нет), в атаку!
      Из-за двери выпрыгнуло нечто, отдалённо напоминающее Комурина IV-мини. ОНО подошло ко мне, и стало мне не по себе. Я ведь ещё не до конца отошёл от осьминожьей пушки.
      Вдруг, откуда ни возьмись, пришёл мой спаситель — Ривер.
— Смотритель Комуи, дайте уже им то задание!
      И для большей убедительности он тюкнул Комуи по голове какой-то увесистой папкой с отчётами.
      Смотритель обиженно посмотрел на Ривера и угрюмо произнёс:
— Комурин CCXXI, отставить тревогу!
      О, да неужели Комуи может отступить?! Надо будет отметить этот день в календаре и праздновать каждый год!
      Ривер поздоровался со всеми и кивнул мне. Я сделал то же самое.
      Тут у меня неприятно защемило в груди.

Конец POV Аллен.


      Комуи, попросив сестру заварить кофе, протянул экзорцистам две папки с описанием задания.
— В этот раз чистая сила обнаружена во Фран… — договорить он не успел. — Уолкер?!
      Аллен резко схватился за сердце и осел на пол. Его зрачки сузились и пожелтели, а кожа медленно серела. На его лбу кровоточили семь стигмат. Последнее, что он сказал перед тем, как провалиться в беспамятство, было:
— Не позволю… Неа…
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.