Серия «Геншин»

Он заставлял смотреть это шоу до конца. Он заставлял хотеть себя, при этом не предпринимая никаких попыток расположить к себе кого-либо. Он был красив в своей худобе, с выпирающими ключицами, подрагивающими ресницами и отчаянной страстью, что нитями-кандалами из тонких пальцев вырывались, обвиваясь ошейником на шее Аль-Хайтама.

они делили кровать, обеденный стол, ванную и тишину ночного небосвода. Ризли до одури любил лежать на коленях юдекса, пока тот читал очередную сводку новостей преступного мира. Нёвиллет был зависим от ярких искр, что кружились вокруг них в моменты объятий. все казалось бесконечным. будущее казалось безоблачным. но у любой сказки был конец.

Нёвиллет вошел в его жизнь внезапно. Остался отголосками цитруса на потрескавшихся губах, рябью на поверхности гладкого озера. Дрожанием онемевших на морозе пальцев пробивал все стены внутри. Неуловимый постфакт размеренности, который чувствуешь, но первопричину не видишь. Но вот она, причина, шла нога в ногу рядом, впервые за месяц самостоятельно переплетая их пальцы.

«и кто вообще в трезвом уме носит красные пиджаки?» мысленно удивляется аль-Хайтам, а потом осознает, что ум перед ним уже далеко не трезвый.