Медвежонок всегда любил зиму. Любил снег и теплый чай с малиновым вареньем после долгих прогулок.

Они долго ждали. Между «давай дружить» и «я не могу без тебя» как будто целая вечность прошла.

Возвращаться не хотелось. Воспоминания яркими вспышками заискрились под веками, когда он закрыл глаза и подставил лицо под холодные капли. Та июльская ночь на фестивале в Нью-Йорке была, напротив, жаркой и душной. Он ведь уже почти забыл его бесподобно плавные, почти мистические движения. Забыл, как огонь облизывал тонкие белоснежные руки и бликовал на растрепавшихся волосах.

Джей-Джей помнит, как воскресными утрами они с родителями ходили в церковь. Их семью можно было назвать добропорядочными католиками: молитвы перед ужином и праздники в кругу семьи. Мама и отец воспитывали своего единственного сына в глубокой вере и уважении к Богу — вот и первую библию подарили всего-то в семь лет...

После золота в Барселоне Яков и Лилия ясно дали понять, что излишки — это зло. Золото золотом, но Юрка катал на пределе, а значит, придётся чем-то поступиться.