Мы лежим на зелёной траве, устремив взор к плывущим над нами облакам. Казалось, ничего не произошло. Есть только луг, небо и мы. Он берёт меня за руку, крепко стискивая пальцы. Раздаётся сдавленный кашель. Удивлённая, поворачиваю голову к нему и вижу вымученную улыбку. — Сегодня хороший день, не правда ли, Рукия?

Хёджин однажды сказала, что не любит случайные встречи.

Аканэ стоит на краю золотого моря под плотным покрывалом ночи и с сожалением осознаёт, как сильно она облажалась.

Наруто привык возвращаться в маленькую квартирку со старой потрёпанной дверью, за которой скрывался пустой мирок, пропитанный одиночеством и запахом скисшего молока, которое он постоянно забывал убирать в холодильник. Теперь же он стоит перед огромным домом и уже с улицы чувствует, как через открытые окна с яркими шторами и робко выглядывающими сочными листьями цветов — очевидно, из магазина Яманака — так и веет чем-то домашним, уютным, новым.

Нет даже намёка на искренность. Ты играешь. Стараешься создать для меня иллюзию достойного расставания. Каждое твоё действие отработано; ничего лишнего, хоть бери камеру и снимай. Сцена отлично впишется в какую-нибудь второсортную мелодраму. Ненавижу себя за то, что покорно соглашаюсь на участие в этом нелепом спектакле об идеальном прощании.