Она проснулась в объятиях мужа, и взгляд ее был иным. Она увидела рубящие удары плетью, перерезанные сухожилия и раскроенный череп.

Поверьте, я не то, чтобы глупый, а очень даже наоборот. К тому же, весьма хорош собой. Но так уж вышло, что из рук у меня валится все за чтобы я не взялся. Взять хотя бы тот трактор… Я правда, ничего не делал — он сам загорелся. Или этот самогон, пропади он пропадом. Вот честно, я шел к проклятому дому и не совсем понимал, что нечисть мне может и не обрадоваться совсем. Я видел цель и в упор не видел препятствий.

Всего лишь история, которая родилась у меня в голове, когда я мыла посуду.

Этот монастырь высечен в горе. Я брожу по тому, что раньше называлось «кельей», дышу влагой, которую источают стены, наслаждаюсь царящим повсюду мраком. Неожиданно для себя, спотыкаюсь о камень и падаю на колени. – Не вставай! – истошно кричит тётя, – Ты пала на колени перед Ним.

Арсу всегда хотелось большего. Он был из тех, кто очень сильно желал, что-то изменить в своей жизни, но при этом ничего для этого не делает. Плыл по течению, и научился абстрагироваться ото всех и вся. Заглушать собственный голос, вопящий о том, что так жить нельзя, оказалось не так уж и сложно.