Чонвон ведет себя невероятно развязно для того, кто пару минут назад выпрашивал автомат по предмету и мял вспотевшие ладошки. Кладет руку преподавателя на собственный затылок и просит не жалеть, смотрит умоляюще и вытирает уголки рта после чонсоновой смазки вперемешку со слюной; жадно вбирает больше половины и расслабляет горло, пытаясь не поддаться рефлексам, — безуспешно. Какой же он чертовски прекрасный.

Чонвон устал — оттого кажется, что он, переутомленный, поймал какую-нибудь заразу, и сейчас его сильный организм отчаянно борется с нарушителем внутри. Чонвон устал, а Чонсону хочется, чтобы он, сейчас чрезмерно податливый и теплый, в комнате отеля на одну ночь почувствовал себя дома. «Он отдается в твои руки. Шепчет такие вещи в твои губы, за тебя цепляется в усладе. Береги его, держи крепко, не теряй. Не смей потерять»

Хён хочет его внимание только себе, тычется носом в шею и скулит на ухо от желания, но Чонвон сдается и откладывает телефон только тогда, когда собственные дрожащие пальцы перестают попадать по буквам на экране, а думать о чем-либо кроме его рук на своем теле становится и правда непосильной задачей.

чонвон влюблён и по сей день, несмотря на годы в браке. ему часто говорили, что после того, как человек по бумажкам твой, а ты — его, всё меняется. и чонвон к этому был готов и знал, что возможно войдет у джея в привычку, но сам не желал воспринимать его как должное. что-то в этом казалось неправильным.

Парень в антикварной лавке пахнет жвачкой, совершенно глупо флиртует и почему-то просит себе его фамилию взамен на услугу. Чонсон от флирта теряется, не может отвести взгляда от озорной улыбки напротив, а фамилию, всё-таки, почему-то отдает. Или о том, как Пак Чонсон влюбляется в того, кто без устали его смущает, а (теперь уже) Пак Чонвон исполняет свою мечту на Хэллоуин.