Даниель и Макс играют в шахматы. Вот так просто. Ни один из них не умеет просить прощения и не может простить.

Чжун Ли совсем немного в ужасе от такой, казалось бы, мелочи. Тарталья, являясь катализатором, определенно об этом знает. Друзья серьезно пытаются игнорировать окружающий их сюр. А дальше только сладость и любовь.

- Почему ты не отстранился, Уилл? - в его голосе звучало неподдельное любопытство. - Когда я был всего в нескольких дюймах от тебя с ножом в руке, ты наклонился ко мне. Ты надеялся, я убью тебя? - Потому что я не думал, что ты собираешься выпотрошить меня, - сказал он. Комната расплылась по краям от того, как долго Уилл не сводил глаз с одой точки. И он заставил себя посмотреть на Ганнибала. - Я думал, ты собираешься сделать кое-что еще.

Уилл прижался горячими губами в задыхающемся поцелуе к губам Ганнибала, думая о своей просьбе. Никогда еще ни с кем он не был так близок; никогда еще его сердце полностью не отдавалось человеку, к чьему телу он так сильно прижимался. У него был секс в прошлом, потому что это приятно, но ничего более. Сейчас все было по-другому.

Их губы теперь в дюйме друг от друга. Он и представить себе такого не мог. Думал об этом, да. Был уверен, что Ганнибал последует этому пути, если позволить, конечно. Но думал, что это действительно осуществится? Он считал, что быстрее умрет.