– Ты готов стать отцом, Эрен?

– Ты... – Аяка опускает взгляд сквозь светлые ресницы, позволяя себе улыбнуться на эту глупую мысль. – Ты ведь знаешь, что в эту ночь влюбленные загадывают желание? И будь оно искренним, то непременно сбудется. – А ты написала? – Аято утыкается носом в шелковистые волосы и чувствует, как та слабо мотает головой в отказ его вопросу. – Почему? – Глупая традиция... Ведь если желание действительно искреннее, то оно в любом случае сбудется, к чему эти бумажки. Так ведь? – Конечно. Ты права.

Больше Владимир Приморский никогда не забывал высыпаться перед долгими перелётами. В особенности – перед встречей с Александром Петровичем.

О невинности шалостей в королевских светлицах и о том, во что они перерастают.

Александр Романов его пугал. А Дениса Романова он любил. Всех Московских на Романовых тянет? Это в генах, наверное, или что-то типо того. По крайней мере, так Даня оправдывал свои чувства и искренне хотел верить. Пытался.