— Кими, — тихо позвала она. — М-м? — Ты хоть понимаешь, что мы только что… в твоей новой машине? — в её голосе смешались смех и смущение. — Той самой, которую тебе Тото подарил?

— Ты трахал мою девушку, — сказал Ландо. Не вопрос. Утверждение. Макс помолчал. Потом вынул руки из карманов и слегка развёл их в стороны — жест, который на трассе означал: «Что поделать, тактика». — Она пришла ко мне сама, — сказал он. — Я не тащил её силком. Ландо шагнул вперёд. — Ты шантажировал её видео. Ты заставил её бросить меня сообщением. Ты, мать твою, псих.

— Знаю, — ответила она, улыбнувшись. — Я тоже тебя люблю. Поэтому и ушла с подиума. Потому что смотреть, как ты пьёшь эту гадость, и не подойти к тебе было выше моих сил. Кими рассмеялся — искренне, громко, уткнувшись лицом в её шею. — Дура, — сказал он. — Сам дурак, — ответила она, ещё сильнее прижимаясь к нему своим телом и притянув его за шею — снова впилась в его губы.

Однажды, придя к другу в гости, Ландо знакомится с его младшей сестрой. Ближайшие дни парень начинает искать любые предлоги, чтобы зайти к ним снова. Но кто же знал, что девушка окажется смелее

Пьяный вечер врезается в резкий поворот её машины, и адреналин выжигает хмель из крови быстрее, чем любой холодный душ, — а следом приходит совсем другое опьянение, где нет места коктейлям, а есть только лунный свет, сбитое дыхание и две секунды в лифте, за которые мир снаружи перестаёт существовать. Ночь сворачивается в тугую спираль поцелуев и простыней, и гонщик, который только что не мог стоять прямо, вдруг обретает идеальную точность в каждом движении, доказы