— Я не стану надевать это. — Технически, ты и не будешь. Подходящий глагол — вставля... — Заткнись, Талис. Виктор мысленно вбивает себе в голову очередное правило: ни за что, никогда в жизни, не соглашаться на споры с Джейсом, даже если перспектива в выигрыше превышает свыше пятидесяти процентов, не выставив определённые условия — как минимум, сойтись на том, что нельзя загадывать проникновение чего-либо в тело проигравшего.

Майкл был уверен, что ему наконец удалось найти подходящий момент, и дело оставалось за малым — речь была подобрана давным-давно, пускай и он был убеждён, что следует говорить то, что идёт от самого сердца, а не стоять смирно с выпрямленной спиной и читать с листочка, словно сценарий перед зеркалом или стихотворение. Сердце билось в груди бешеной птицей, точно намереваясь разломать рёбра и упасть прямиком к чужим ногам, доказывая свою преданность и чувства.

Четыре раза, когда Кроули пытался поверить в любовь ангела, и пятый, когда ему всё-таки удалось.

«Я могу назначить тебя ангелом‎. ‎Ты сможешь вернуться на Небеса. Как в старые времена. Только лучше.»‎

Кроули думал, что самое страшное осталось позади, когда Азирафаэль появился на его пороге. Он думал и не догадывался, что сердце, бедное, измученное и столь отчаянно влюблённое, начнёт сжиматься в приступе боли и страха каждый раз, когда закрываются глаза.