Когда абсолютно гетеросексуальный Тэхен переезжал в Сеул, он совсем не ожидал, что скоро бирка его ориентации окрасится совсем в другие тона, а на его разбитое сердце будут претендовать сразу двое.

Если попал в руки такого следователя — жди жаркого допроса.

— Так ты флорист? — Чимин окидывает парня заинтересованным взглядом. — А ты секретарша мафии? — Юнги отвечает оценивающим, не понимая почему внутренний зверь так хочет покромсать именно омегу, даже не того брутального альфу, стоящего позади. — Секретарша — это он, — Чимин издает смешок, показывая большим пальцем себе за спину на Чонгука. — **А я и есть мафия**, дорогой, — опасно сверкает огнями в глазах.

В голове одной мыслью горит красная лампа: скорее занять свое место и на двенадцать часов перелета просто уснуть. Но все мысли улетучиваются, словно их и не было никогда, стоит Чимину сделать едва ощутимый вдох. Все внутри кричит «пиздец приплыли», легкие заполняются знакомым ароматом пряной корицы, и сердце внутри оседает камнем вниз. Вселенная явно играет с ним по каким-то только ей понятным правилам, потому что на соседнем с Чимином кресле сидит его альфа, а если точнее – его бывший муж.

- Такой молодой, а уже алкоголик. Не иначе как в дурной семье родился. Никакого воспитания. Совсем скоро печень пропьёт. А какой пример детям показывает? Позор. Юнги хочется обернуться и послать престарелых аджум у подъезда в далёкое эротическое. Что вообще могут знать эти кошёлки, занимающиеся лишь разведением цветов, котов и распространением сплетен?

До этого Юнги никогда не понимал, почему для альф так типично ─ сходить с ума от шеи омег. Он всегда думал, что это довольно странно и подходит для каких-то мачо, которые действуют по типу: «заставь свою пару покориться, укусив её за шею». Он думал так раньше, вплоть до этого момента, когда он оказывается наедине с Пак Чимином, у которого чёртова рубашка спала с чёртова плеча, оголив ключицу и верхнюю часть груди.

Мин Юнги, как мы все уже знаем, это синоним к заботе и нежности. Но что, если ему самому иногда нужны эти поддержка и забота? Особенно во время первого гона, когда сам не представляешь, чего ожидать от буйного организма. Кто-то близкий и любимый под боком сразу снимает бо́льшую часть напряжения и страха перед новым опытом.

Беременный Чимини, страдающий Юнги и бананы в шоколаде.

Как легко можно вкрашиться в красивого профессора. И как же безнадёжно...

Настроить волну радио на Поздний Вечерний Разговор с Глоссом, является, возможно, не самой блестящей идеей Чимина, но он устал от того, насколько невыносимы его течки, и он отчаянно пытается сделать их лучше.

Его холодное сердце снова оттолкнуло. Снова оставило неизлечимые раны, которые можно было бы залечить любовью, но один омега не сможет восполнить и свою любовь, и любовь альфы, что словно айсберг. Поэтому сердце омеги разбивается об этот айсберг. Ударяясь об него уже в тысячный раз. Каждый устает бороться в одного. Какой бы сильной любовь не была, без ответа она перегорит, переболит и оставит после себя огромную черную дыру. Дыра, которая будет еще долго выбаливать и тлеть в чужой груди.

Природа однозначно смешнее любого комика. Она способна дать омеге вспыльчивую натуру альфы, а хищника превратить в невинную овечку с женственными чертами лица. К несчастью, истинным выбирать не приходится...

Интересно, насколько хватит чужого терпения? Рыжий присел рядом с Чимином, положив руку на плечо омеги, и он готов поклясться, что видел, как в чужих глазах вспыхнули искры, не предвещающие ничего хорошего. — Мать твою! Убери свои руки от него! Или я тебя найду и переломаю их!

Мин Юнги давно в тайне влюблен в своего босса, с которым они дружат, несмотря на разные статусы, несколько лет. Но когда Чимин просит всех влюбленных в него сотрудников либо не мешать ему работать, либо уволиться, Юнги понимает, что это касается именно его...

Когда 364 дня в году посвящены младшему брату, Чимин надеется, что хотя бы один день будет принадлежать ему. Этого снова не случается, но Юнги всеми силами постарается помочь своему парню.

Расправляя свои крылья он взлетел высоко в небо. Ему предстоял полет в прошлое, туда где возможно он найдет ответы на мучающие его сны.

Они познакомились в торговом центре, где один — владелец пекарни с чарующим ароматом, а другой — флорист из цветочного магазина напротив. История о волшебной любви, появившейся в волшебный праздник — Рождество.

Последнее, что мог представить себе Юнги, так это то, что ему придется бороться за своего омегу. Причем с его же истинным.

Кто мог предвидеть, что ненависть к противному и холодному альфе Мин Юнги выльется аккурат в желание состариться вместе и умереть в один день?

— Найди омегу, который родит мне ребенка! Здорового, способного родить мне альфу, только альфу, — решил для себя Юнги. Если уж и задумываться о наследнике, то это определенно должен быть альфа — крепкий, бойкий, с характером. — Я нашел омегу, — радостно сообщил секретарь. — Сказал, что деньги очень нужны. Он ждет в приемной. Позвать его? — директор кивнул. Его ждет долгий разговор. — А еще он невинный...