Хван Хёнджин, взмахом руки подняв портфель, накрыл весь стол долларовыми купюрами. Медленно наклонился к микрофону и усмехнулся: — Я ставлю на Феликса всё.

Минхо лишь хотел разбавить атмосферу и поиграть с этим пареньком. Кто же знал, что он возбудится от щекотки.

Хенджин действительно тупой, раз написал на скамейке его номер и подписал рядом "секс-услуги, парень". Впрочем, Джисон большого значения этому не придал и лишь посылал тех, кто ему звонил, в далёкое эротическое. Пока однажды ему не позвонили. — Детка, я буду брать тебя и качать своей спермой раз за разом, пока ты не забудешь свое имя и не потеряешь сознание от удовольствия и наполненности, которой я тебя буду вознаграждать, — с той стороны доносились пошлые хлюпания, от которых.. встал.

Минхо не хотел идти на поводу у своего соседа. И, конечно, он не хотел появляться с Джисоном, но он слишком влюблен в него, чтобы думать дважды.

Студент музыкального факультета, Хан Джисон, едет на всё лето в маленький город к своей тёте, с целью подтянуть английский язык на курсах. История о первой любви, крепкой дружбе и поисках себя.

«Мне нужен хозяин в доме, чтобы безжалостный с другими, но ласковый со мной. Надо будет – стану добиваться, если тебе важно, чтобы всё было как у людей. Год, два? Не побоюсь напрячься, — слова господина Чона – гром среди ясного неба: — Я даже не побоюсь тебя полюбить, если это так необходимо».

— Ты не нравишься моей маме. — Оу, что, правда? Главное, чтобы я нравился тебе, Хан Джисон, – Минхо подмигивает и смеётся, когда тот от смущения опять утыкается ему в грудь.

Скажи, а тебя можно трахнуть в подмышку? // АУ, в котором Минхо работает оператором на линии секс-услуг, а Джисон проиграл желание и должен задать серию глупых вопросов проститутке.

Чонгук появился в доме три года назад, когда Тэхёну едва ли исполнилось семнадцать. Сестра буквально впихнула того в их большой дверной проем и поставила всех перед фактом — ее парень будет жить с ними. А Тэхён прям был против. Потому что стоило тому просто кинуть на него взгляд, и он поплыл. Моментально и бесповоротно.

Хван Хенджин коллекционировал бабочек и Феликс не стал исключением. Он был самой красивой бабочкой в его коллекции. — Ты влюбился в меня, как глупо, – смеялся Хенджин. — Почему же? — Согласно эффекту бабочки, каждое, даже самое незначительное событие, каждое решение и фраза может изменить ход всей нашей последующей жизни. Один взмах крыльев и сердце быстрее бьётся в груди, второй взмах и окрыленное чувство – любовь. — А третий взмах? – спросил Ли. — А третий – смерть.

Минхо ощущал каждой клеточкой своего тела, что под ним сокрыт целый зверь. Когда он освобождался от цепей и выходил на охоту – он рвал зубами человеческую плоть, потроша ее на куски. Ему не страшна ни кровь, ни крики, ни боль. Он этим питался. Он этим жил. И Минхо думал, что всякий входящий в больничное крыло будет остерегаться его клетки, однако что-то явно пошло не так, когда однажды новый лечащий врач с теплотой в голосе начал называть его просто-ласково – Котёнком.

Тэхён и Чонгук дружат с детства. Тэхён и Чонгук — соседи, у них одна на двоих мансарда, один на двоих балкон, увитый плющом и розами, одна на двоих жизнь. Всем кажется, что их отношения больше похожи на сказку. На сказку со страшным концом, ведь Тэхён... Его больше нет.

У Тэхёна проблемы с законом, и, кажется, с кармой, иначе он не может взять в толк, за что ему это всё.

Джисон дружит с Минхо с самого детства, пока окончательно и бесповоротно не влюбляется до опьяняющих чувств под ребрами, которые приводят со временем к желанию все чаще слышать его бархатный приятный слуху голос; лицезреть его утонченные черты лица, вдыхая нотки его одеколона. И все было хорошо, но вдруг на его пути появляется светловолосый парнишка: — Приветик, я – Феликс. Мне про тебя много рассказывал Минхо. И я рад, что у моего парня есть такой хороший друг. —.. Парня?

Ау, в котором Джисону по некоторым обстоятельствам приходится носить в школу юбку, а Минхо - словить гетеро-панику.

Полубогам достаточно вина и цветов. Настоящие боги требуют крови.

Тебе кажется, что ты взрослеешь постепенно, но, черт возьми, однажды это хлестнет тебя как ветка в лесу, отпущенная впереди идущим.