Verse 1: Хан Джисон обращается за помощью к единственному знакомому пианисту – Ли Минхо и пытается уговорить подменить его внезапно приболевшего клавишника. Verse 2: Ли Феликс пытается набраться смелости и познакомиться с красавчиком пианистом – Хван Хёнджином, который в упор не видит влюбленного в него басиста.

— Хуёво барабанишь. — Под стать твоему вокалу, детка. Минхо не будет Минхо, если не заставит этого заносчивого засранца Хан Джисона в слезах подавиться своими словами.

У Джисона грустный взгляд и тысяча проблем. У Минхо только одна проблема – Хан Джисон.

Загадав желание, Джисон получает совсем не то, чего хотел, и обретает способность видеть манометры окружающих его людей, отображающие текущий уровень возбуждения их владельцев. Да, это довольно странно, но ещё страннее то, что стрелка манометра Минхо постоянно на пределе, несмотря на то, что он – самый спокойный и сдержанный человек, которого Джисон когда-либо встречал.

Преподавать иностранный язык - работа не из лёгких, но Минхо нравится. Он любит своих учеников, хотя может жаловаться на них часами, любит свою школу, любит сам процесс. Вот только если с английским языком проблем у него нет, то нахождение общего языка с новым преподавателем вызывает трудности. Ведь он с самого появления бесит до скрипа зубов и грозится пошатнуть его авторитет, чего Минхо допускать не намерен

...предстоит поехать в чужой город, жить и работать там три месяца с малознакомым человеком. Это самая серьёзная практика, на которую отправляют всего раз в несколько лет, всё должно быть на высшем уровне,...

– Я не люблю тебя, – говорит Минхо тихо, но отчетливо. Джисон вздрагивает, когда губы старшего касаются его шеи. Словно сам верит, что это правда, он повторяет. – Я не люблю тебя, Джисон.

Минхо лишь хотел разбавить атмосферу и поиграть с этим пареньком. Кто же знал, что он возбудится от щекотки.

Как он сумеет пережить этот семестр и закрыть сессию, если одним из преподавателей является настолько очаровательный Ли Минхо? Как он сможет здраво мыслить на его лекциях и вникать в мир литературных произведений, если глаза желают смотреть не на пожелтевшие страницы книг, а в карее море, скрытое за прозрачными стеклышками очков, и ловить эту ухмылку, дающую понять, что профессор знает и видит, что на него смотрят? Что Джисон на него смотрит.

Когда начинающий барабанщик Хан Джисон собирает вещи и уезжает из своего родного города, чтобы поступить в универ, он не ожидает, что ему прямо в руки упадёт идеальная возможность. Появляется Ли Минхо, ни к чему не обязывающий басист, который любит играть в игры с людьми. Он нацелился на Джисона, не зная, что Хан и сам любит играть в игры. И Джисон полон решимости победить Минхо в его собственной игре.

Минхо дали задание поймать рокера по имени Хан Джисон, который, скорее всего, занимается наркоторговлей, имеет несколько притонов и спит со своими несовершеннолетними поклонниками. Для этого Ли всего лишь придётся пойти на рок-концерт ввиду спецоперации и притвориться фанатом. Но что-то явно идёт не по плану. — Я посажу тебя за решётку. — Господин полицейский, не будьте таким самонадеянным.

Минхо ощущал каждой клеточкой своего тела, что под ним сокрыт целый зверь. Когда он освобождался от цепей и выходил на охоту – он рвал зубами человеческую плоть, потроша ее на куски. Ему не страшна ни кровь, ни крики, ни боль. Он этим питался. Он этим жил. И Минхо думал, что всякий входящий в больничное крыло будет остерегаться его клетки, однако что-то явно пошло не так, когда однажды новый лечащий врач с теплотой в голосе начал называть его просто-ласково – Котёнком.

История о том, что случается, когда парень, с которым ты познакомился в секс-шопе и провёл лучшую ночь в своей жизни, оказывается новым учителем твоей дочери.

С английским языком у Минхо никогда проблем не было. Зато говорить на языке чувств не получалось ни в какую. Но даже так они с Джисоном отлично понимали друг друга и говорили на языке отдельном, который знали только они двое.

Этот терпкий лёгкий запах дурманил голову. Джисон был готов вдыхать его в свои лёгкие вновь и вновь, но не хотел показаться странным для старшего. — Твой аромат... Минхо, говорят, так пахнет Рай.

— А может ты ей расскажешь, как отсасывал мне? – прохрипел Минхо, смотря вниз на Джисона. Тот завороженно смотрел на старшего, позабыв, как дышать. — Да, мой хороший, расскажи, как отсасывал мне, как жадно глотал мою сперму, как вылизывал меня всего, – продолжал шипеть Хо, приближаясь к уху Джисона. — Расскажи, как тебя трахнули в рот, Хан Джисон, расскажи, как ты захлебывался собственной слюной, в попытке проглотить мой член полностью.

Хенджин действительно тупой, раз написал на скамейке его номер и подписал рядом "секс-услуги, парень". Впрочем, Джисон большого значения этому не придал и лишь посылал тех, кто ему звонил, в далёкое эротическое. Пока однажды ему не позвонили. — Детка, я буду брать тебя и качать своей спермой раз за разом, пока ты не забудешь свое имя и не потеряешь сознание от удовольствия и наполненности, которой я тебя буду вознаграждать, — с той стороны доносились пошлые хлюпания, от которых.. встал.

— Мне не о чем с вами говорить, учитель Ли. Меня интересует лишь один вопрос: почему вы здесь, а не в своей Германии? Но можете на него даже не отвечать. — Ты повзрослел и изменился немного, но мои любимые щёчки всё-таки остались. — Вы мне мешаете. AU, где Джисон работает в школе учителем английского, и в его коллектив пришёл новый учитель математики, а он оказался бывшим парнем Хана, от чувств к которому он избавлялся на протяжении нескольких лет.

— Ты не нравишься моей маме. — Оу, что, правда? Главное, чтобы я нравился тебе, Хан Джисон, – Минхо подмигивает и смеётся, когда тот от смущения опять утыкается ему в грудь.

Их встречи – давно уже пройденный этап. Они не должны были пересечься вновь, но кто же знал, что их дети учатся в одном классе. И именно из-за них Минхо и Джисона будут вызывать к директору. — Следи за своим ребенком, иначе я не виноват, если мой разобьёт ему нос, – шипит Минхо. — Конечно, разобьёт, он же не знает правил воспитания. Сразу видно, весь в папашу, такой же тупой, – недовольно цокает Хан. — Что ты сказал?