Моя первая работа надеюсь понравится

Хах, уверен, сегодня мне будут сниться хорошие и приятные сны…

И каждый день в стенах башни тонули песни израненного сердца, неспособные их покинуть, незамеченные даже стражниками.

"Ещё одну бессонную ночь я посвящаю тебе Луна исчезнет во тьме, а я останусь здесь Жить как-то надо, и я в живых оставлю себя Лишь для того, чтоб тебя любить.... "

Строки написанные прямо на лицевой стороне. Ровный, аккуратный почерк. Слова, что были главными во всём письме, что лежит внутри.

Кэйа долго старался наладить отношения с Дилюком, но всё было тщетно. И в один день рыцарь, сидя на краю обрыва и смотря за горизонт, понял, что последняя надежда на примирение погасла. Погасла так же, как и Глаз Бога на поясе капитана кавалерии.

По всему миру распространяется ужасная эпидемия, которая уносит миллионы жизней. Осаму оказывается в числе зараженных. Но судьба дарит ему второй шанс. Чуя увозит его в маленький городок, где о болезни никто и не слыхал.

AU, в котором Чуя случайно становится свидетелем очередной попытки суицида Дазая. Не зная никаких известий о мёртвом/живом Дазае, Чуя впадает в истерику и активирует Порчу.

В особо скучные дни, когда все дела в соборе были переделаны, а Барбара почти рыдала ей на ухо, прося вместе с ней попеть на чьих-нибудь поминках, Розария вспоминала, что она, всё-таки, монахиня, и помогать людям Мондштадта — её долг.

Дилюк привык переносить болезни «на ногах». Есть тот, кто с этим не согласен.

В жизни выпадает только один шанс все изменить, и Дилюк намерен его использовать.

Кэйа улыбается.

- Мастер Дилюк, одиночество вас вполне устраивает, вы им в каком-то смысле наслаждаетесь. Но, то же самое не могу сказать про Кэйю.

Кэйа не праздновал новый год с тех пор, как они поссорились с Дилюком. Ну как не праздновал. Его отпускали с работы раньше в честь праздника и он со спокойной душой шел в таверну, где выпивал вина, разговаривал с посетителями и оставался после закрытия. Вдруг хозяин этого прекрасного заведения хотя бы сегодня решит сам встать за барную стойку. Вдруг он даже заговорит с Кэйей, нальет ему ненавистный виноградный сок вместо вина.

«Лучше бы пил сейчас с Венти» - думает Кэйя, отбивая очередную атаку митачурла. Страх накатывает с новой силой, а меч выпадает из трясущейся руки.

Дазай всегда считал себя стойким человеком. Высокий болевой порог, эмоциональная заторможенность, вызванная абсолютным безразличием к окружающему миру, и проведённая в мафии юность хорошо его закалили. Именно поэтому Дазай в некотором роде даже рад, что оказался в той ситуации, в которой он находится в настоящем, потому что для него это неожиданный, новый опыт. Потому что Дазай Осаму находится в гробу. >по заявке "Дазая хоронят заживо. Чуя должен его найти".