Гарри Поттер мертв. После окончания войны, чтобы укрепить свою власть, Волдеморт прибегает к программе повышения рождаемости и возрождения магического населения. У Гермионы Грейнджер есть тайна, скрытая и защищённая ее разумом, которая ставит под угрозу существование нового режима. Поэтому ее, как пленницу, отправляют к Верховному Правителю, чтобы взять под контроль и использовать в качестве суррогатной матери. Пока ее разум наконец не будет сломлен.

— Что с Гарри и Роном? Где они? Люциус сделал пару шагов к ней, остановился совсем близко, поигрывая палочкой. Гермиона невольно отпрянула. — Боюсь, вы уже никогда с ними не увидитесь, мисс Грейнджер. Ваши друзья мертвы.

Гермиона Малфой умерла после рождения сына. Драко очень плохо без нее, ему нужно кому-то выговориться. И он будет разговаривать со своей любимой, но лишь через письма.

Гермиона потеряла ребёнка. Драко потерял ребёнка... и жену.

— Блять, Малфой. Если так хочешь, чтобы тебя кто-то встречал, то заведи себе собаку, ну или, — Забини на момент задумался и, слегка остыв, все же продолжил: — Хочешь ребенка, чтобы тебя встречал — усынови. Слышал, в магловском мире это довольно распространённая практика. Его друг почти вышел из комнаты, когда до Малфоя донесся его тихий голос: — Она бы это оценила.

Ригель — девочка, заполучившая Сердце Дракона...

Боже, как же я его ненавижу,его ядовитую ухмылку: его руки которые так крепко сжимают палочку,его губы и бархатный голос,который раз за разом произносит "Круцио"...

— Ты всё равно продолжаешь уверять меня, что всё будет хорошо. Ничего больше не будет! Драко, — она судорожно вдыхает побольше воздуха в грудь и касается моей щеки, — Драко, очнись. Я умираю.

- Ненавижу, - срывается с ледяных, потрескавшихся губ девушки. Эти звуки были сухие и тихие. Словно её голос вот-вот треснет и разлетится прахом на холодный камень пола. Сочувствие он утопил в её собственной крови. В её слезах.

Будь готов к предательству любого из своих людей, но особенно того, кому ты доверяешь больше всех. Гермиона Грейнджер попадает в руки Темному Лорду.Ее жизнь теперь зависит от того, как она хорошо выполнит свой долг перед ним, не призывая никого к помощи.

– Ты просто жалок. Голос гриффиндорки предательски дрожит, вызывая у заносчивого юноши лишь самодовольную ухмылку. Драко оглядел Гермиону, оценивая ее исхудавшее слабое тельце. – Я покажу тебе, кто из нас жалок, грязнокровка.

"Но ты, Драко Люциус Малфой – любовь всей моей жизни, будешь жить дальше и помни, что я всегда буду рядом, я всегда буду оберегать тебя и твоих будущих детей" .

Луч бьющегося сердца медленно темнел. В ее палате было тихо. Один вопрос, который неизменно шептал грубый голос в голове: что стоило бы сделать, зная дату своей смерти?

Все детали встают на свои места, образуя наконец цельную картину. Малфой стоит посреди её кабинета, увешанного записками ядерно-желтого цвета, и ему хочется кричать. Эти канареечные пятна остаются у него узором на сердце. Он подхватывает записку пальцами и давится воздухом. «Драко Люциус Малфой — твой муж. Он безумно любит тебя и заботится о тебе. Ему нельзя говорить о том, что происходит»

Он исполняет ее последнее желание, читая этот дневник, даже не догадываясь об этом. Это не то, что она написала или говорила кому-то, а то, что проскользнуло между строк.

— Она в безопасности только тогда, когда находится подальше от тебя.

— Я люблю тебя, Драко. — Я знаю, — говорит он ей в губы. — Я знаю, Грейнджер. Я тоже.

Когда всё закончилось и Драко мягко оторвался от её губ, лишь один вопрос вертелся в её голове: — Забудешь меня? Она смотрела на его припухшие от поцелуя губы. Видела, как их краешек вспорхнул вверх. Как они разомкнулись, и Малфой тихо, но уверенно ответил: — Как только уйду.

Гермионе снилось, что она тонет. Вновь и вновь.

— Ты самое прекрасное, что когда-либо было со мной. Ты — это первый снег. Ты — это самый горький, но самый вкусный шоколад. Ты — это прохладный дождь. Ты — это самый прекрасный новогодний шар. Ты — это запах росы, — Малфой на одном дыхании говорит это всё, чувствуя, что может не успеть.