Каждые двадцать пять лет из недр земли поднимается армия эгриотов и сметает все на своем пути. Ни одна из рас не может ей противостоять и от полного истребления их спасает лишь то, что эгриоты отступают по ведомым только им причинам. Но с каждым разом их налёты все разрушительнее. Страшась очередного нападения, несколько рас решают объединить силы, чтобы дать эгриотам достойный отпор. Но мне кажется, что это не возымеет результатов. И все мы умрем. Наконец-то!

Если я гореть не буду, Если ты гореть не будешь, Если мы гореть не будем, Кто тогда рассеет тьму? ©

Ким Тэхён - настоящая оторва, и в качестве развлечения ежедневно портит жизнь всем окружающим его людям. Но шансы на безнаказанность исчерпаны, и, кажется, пришло время узнать, есть ли что-то или кто-то способный исправить импульсивность этого поганца.

В первый рабочий день Чонгук собирался, как на праздник — выудил откуда-то свой школьный костюмчик, который был на пару размеров меньше и сидел, как на корове седло, потому что пиджак и не думал сходиться, а штаны не стильно открывали щиколотки. Нашел рубашку с безумным принтом, которую в пьяном угаре на спор купил на какой-то онлайн распродаже. Даже туфли древнее деда где-то откопал. Завершил образ, прилизав гелем волосы. Вышло красиво, он назвал свой бомбезный стиль «лох педальный».

— Я бы хотел родиться в XVI-XVIII веках, чтобы люди через много веков смотрели на меня в каком-нибудь музее.

Чонгук зависает на размеренных движениях этих рук. Вот бармен берет очередной стакан. Длинные пальцы проталкивают внутрь салфетку и отточенными движениями натирают стенки. Парень ловко прокручивает стакан несколько раз, отодвигает его от себя, проверяя наличие пятен и потеков от воды, и возвращается к прежнему занятию, устраняя недостатки. Чонгук пристально следит за грациозными движениями запястий и пальцев. Взгляда восторженного оторвать не может!

Вся жестокость правителя восточных степей угасала и тонула в глубине тёмных глаз, что в ответ прожигали ненавистью.

— Вы нам открыли агентство? — ошалело протянул Тэхён. — Да, Ягодка, — Гук притянул за талию к себе мужа. — Все финансовые вопросы мы обсудим завтра. А сейчас предлагаю это отметить. — Я люблю тебя, Джуни, — в шоке проговорил Юнги. — Но здесь кое-чего не хватает. — Чего? — не понял Намджун. — Моего слогана! — заявил Юнги. — «Стрела в вашем сердце, а не в жопе»! — И всё же он его не забыл, — рассмеялся Чонгук. — У меня хорошая память, Чухоблох, — хмыкнул Юнги.

— Быть может, где-нибудь в другой Вселенной я всего лишь бедный художник, а ты — моя прекрасная муза. Я бы хотел, чтобы наша встреча была продиктована иными обстоятельствами. — Почему это я — муза? — нервно буркнул Чонгук. — Потому что в любом из миров ты заслуживаешь лучшего, — нежно, в самые губы. — Наверное, поэтому в каждом из них ты — мой.

— Люблю тебя, — Чонгук произнёс это еле слышно. Кончиками пальцев он нежно провел по шее Тэхёна, спускаясь ниже. Тот вздрогнул от щекотки и замер, неотрывно следя, как Гук начал вырисовывать горизонтальную восьмёрку на уровне его сердца: — Что… что ты делаешь? — Бесконечно… — пояснил Чонгук, и Тэхён услышал улыбку в его голосе. — Люблю тебя бесконечно...

Я же к нему нараспашку. До последней молекулы, до последнего сердечного удара принадлежу ему одному и не хочу быть где-либо ещё, если его не будет рядом со мной. Но всё ещё очень по-доброму, ни на что не настаивая. Я же его улыбки считаю, в конце-концов, пусть это и достаточно сложно, потому что каждая из них ослепляет меня не хуже тысячи солнц.

— Странно, сколько хожу сюда купаться, ни разу ни одного человека не встретил, — пожал плечами Тэхен и шагнул в сторону Чонгука. И тут до него дошло, что альфа голый, в смысле весь. — Стой там, — кое-как выдавил из себя Чон, чувствуя, как к щекам и ушам приливает кровь. — Не выходи. — Хорошо, — кивнул альфа, и Чонгук расслабил булки, пока тот не продолжил. — Тогда ты иди ко мне.

Уведомления всплывают на экране одно за другим. Суён: «Мой отец улетает в Дубай, приезжай» Мистер Чон: «Я улетаю в Дубай, поедешь со мной?» Тэхён не задумываясь открывает нужный диалог.

«Если я выживу — меня продадут тому, кто больше за меня заплатит, чтобы я пожил в аквариуме у какого-нибудь толстосума в качестве украшения. Ровно столько, сколько мне позволят».

Тэхён закусывает губу, чтобы не закричать. Он понимает, что сейчас происходит - младший просит у него прощения. Прощение за то, что не может больше быть рядом, за то, что не сдержал обещания, за то, что прощается навсегда

— А у тебя вредный характер, заноза, — фыркает. — Интересно, кому ты достанешься? Он сбежит от тебя через день. — Кому достанусь, тому достанусь, — огрызается Чонгук, промывая овощи.— Тебя это не касается.

Привыкнуть к двойственности? Нет. Нет. Нет. К многогранности.

Завести собаку - сделано. Уйти от мудака - готово. Сбросить вес - выполнено. Вновь обрести себя - исполнено. Влюбиться…

На протяжении последних лет жизнь Ким Тэхёна была сосредоточена вокруг двух вещей - власть и деньги. Так продолжалось до тех пор, пока на пороге его офиса не появился самый обычный мальчишка-курьер. Обычный? Нет! Необычный! Мальчишка был очень похож на первую любовь Тэхёна. Как и положено первой любви, она была яркая, отчаянная и... разбила ему сердце. Тэхён, не раздумывая, бросился вслед за мальчишкой, не осознавая, что этот поступок навсегда изменит его жизнь.

Чонгуку сказали, что для того, чтобы Тэхен в него влюбился, ему нужно его рассмешить, но каждый раз, когда Тэхен смеялся, влюблялся Чонгук.