Их трое: он, аль-Хайтам и почти безымянный омега. Кавех вдруг чувствует внимательный, зачарованный взгляд на себе. Всего несколько секунд, чтобы вскинуть глаза на растворившегося в подушках Хайтама под омегой, подчеркнуть его румянец на щеках, полуприкрытые веки и опухшие, мягкие губы. Аль-Хайтам смотрел на него, будто их не разделял третий человек, и Кавех слышал, как настойчиво его феромоны обращаются к нему, альфе. — Не распускай на меня свои альфачьи феромоны, — сквозь зубы прошипел Кавех.

Син Цю купил очень интересную книгу, которая была про половую жизнь. Купив еë и прочитав еë он был в шоке, но вдруг в его голову пришли пошлые мысли и он отправился к своему другу Чунь Юну. Там произошли и не приятности.

После долгой медитации он пришел не ко мне... Почему... Почему..?

— За что, Нахида? — Ризли поднял на неё помутневший взгляд. — Ты ведь божество мудрости, так скажи, почему? Почему я вчера был так счастлив, а сегодня я... Зачем ты здесь? У меня даже не дендро глаз бога, я не из Сумеру, я не учёный. — Потому что из всех молитв о мудрости я когда-то запомнила одну. Твою молитву о хорошем сне. О Нёвиллете. Горе — тоже знание, своего рода мудрость. Другой вопрос... как ты воспользуешься ею теперь?

Направляясь к месту экспедиции, Хайтам попадает в логово слизня-монстра. Дальше несложно догадаться, о чем будет идти речь

Как-то Итэр рассказал Кавеху про материалы для Аль-Хайтама, после которых тот станет сильнее. Кавех же, недолго думая, понял, что это отличный вариант реализации его фетишей.

Кавех сосёт

Аль-Хайтам не ожидал проснуться в лесу с Кавехом и его точной копией.

Он смотрел не на Чжун Ли. Он смотрел на Моракса. А Моракс смотрел на него в ответ, как на добычу, готовую к тому, чтобы быть поглощенной.