— Это всё? — прохрипел Хван, всё ещё саднящим горлом. — Да. Ритуал прошел успешно и приворот уже вступил в силу. Постарайтесь сделать так, чтобы этот парень вас не возненавидел. Хёнджин обернулся и уставился на девушку в полном недоумении. — Возненавидел? Я думал он полюбит меня. Разве не в этом смысл приворота?

У Хёнджина и Феликса всё прекрасно. Они растят двух замечательных детей, зарегистрировали свой брак и живут счастливо. Но им снова придётся побороться за спокойствие своей семьи, только теперь по одну сторону баррикады, так как на порог их дома заявляется бывший альфы - Ким Иори. Запахи: Феликс - персик со сливками; Хёнджин - кофе; Иори - карамель; Уён - клубника.

Для Джина Феликс был музой. Самой красивой мелодией, идеальным холстом. Он говорил, что Феликс достоин золотых комнат Версаля, музыки Моцарта и кисти да Винчи. Более того, в сказанное Джин верил. Феликс был его сердцем, бьющимся в этом доме и пахнущим незабудками. Цветами, которые были вышиты на воротниках его рубашек и росли в саду среди спутанных троп.

Светлый, лучистый и милый омега. Муж кругом витает, желает всю нега: Хлопочет, лелеет, любовь отдаёт, Но тот мимо проходит и спать не даёт. Мысли кругом, не находит и места, Чересчур непокорна молодая невеста. Руку свою ни в какую не даст. Омега страптивый, но альфе лишь в сласть.

Как же Феликсу убедить Хёнджина в том, что его план по краже девственности Феликса — это плохая идея? Особенно когда родители омеги спят в соседней комнате.

«В тихом омуте черти водятся», — достаточно рабочая фраза. В её правдивости убеждается именно Хенджин, когда приходит в дом скромного, тихого, культурного и словно королевского мальчика-отличника Феликса, что согласился помочь ему с учёбой. — У тебя тут члены в коробке… — Здорово. За внимательность ставлю тебе пятёрку. А теперь закрывай крышку и садись за стол.

Хёнджин раздражённо закатывал глаза каждый раз, когда на сцене появлялся кто-либо помимо Ли Феликса. Он хотел смотреть только на этого удивительного молодого человека, танцующего сложную партию Одетты.

– Работать с ним?! Да ни за что! – почти кричал брюнет. – Если ты не забыл, начальник здесь я, – уже серьёзней начал Бан Чан. – Не будешь подчиняться приказам, сдашь значок. Ты меня понял? – Хёнджин буквально начал закипать на глазах. Белый стационарный телефон на столе Джисона зазвонил. Почти сразу стоящий ближе всех к нему Минхо поднял трубку: – Ребят, не хочу вас прерывать, но у нас труп.

— О-ох, как мягко. Почему мы не воспользовались этим диванчиком раньше? — Не знаю, это ты решил устроить частный показ мод, — ответил он, располагая Феликса у себя на груди и ласково приобнимая. Тот прилёг поудобнее и слушал чужое сердцебиение. — Устроить тебе его ещё раз, папочка? — заигрывающе хмыкнул Феликс, закрывая глаза и постепенно проваливаясь в царство сна. — Ещё несколько раз, детка. — Тогда с удовольствием стану твоей личной моделью.

Феликс не хотел закусывать губу, но вышло как-то само собой. Вечер вторника. Почти пустой зал дорогого бара с панорамным видом на город. Он был на смене один. Стоило сосредоточиться на работе, но парень жадно пялился на усевшегося за его стойку красивого зрелого альфу, бездумно болтал коктейль шейкером и прикидывал, как было бы здорово, если бы этот охуенный папик в дорогом костюме взбил в пену его самого...

В глубинах леса, вдали от человеческих глаз существовал народ, близкий и любимый природой, нежный и добродушный. Лесные духи, что стали их покровителями, одарили тех магическими силами и способностью к полету. Но мирная жизнь была нарушена иным народом. Охотники, которые поставили перед собой цель захватить то, что прятали феи в своем поселении, развязали войну. Однако все ли охотники столь ужасны и желают феям лишь жестокой погибели?

В целом, если задуматься, Хёнджин был обязан Ли Феликсу буквально всей своей нынешней жизнью, которая ему жуть как нравилась. Он обрёл хобби, ставшее источником полноценного дохода, верных друзей, независимость от богатых родителей, всю жизнь пытавшихся манипулировать сыном. Короче, он обрёл себя. Ничего удивительного, что в итоге с годами Ли Феликс не только не перестал быть кумиром для молодого музыканта, но и превратился в нечто большее.

Хёнджин во время репетиций к спектаклю мог стерпеть попытки Феликса задеть его; мог стерпеть моменты, когда Ли тесно контактировал с Ханом; даже мог стерпеть то, как Джисон трогал Феликса во всех местах. Но когда этот омега прямо на сцене решился поцеловать не его, Хёнджина, а другого, терпение пошло по швам. Правда Минхо назвал это ревностью.

Пока все думают о триумфе, Акулы уже знают вкус победы. И они утрут нос всем, кто забыл, с кем на самом деле соревнуется.

Проклятый ведьмой граф Хван Хёнджин столетиями обитает в своём мрачном замке, где происходят загадочные исчезновения крестьян. Привычная жизнь обитателей разрушается, когда в руки аристократа попадает новая «игрушка» — молодой юноша по имени Феликс. «Ты первый, кто унял мою скуку. Прошу не покидай меня». История о древнем проклятье в сеттинге Викторианской эпохи.

«Феликс знал этот вкус – это точно был тот самый бальзам для губ, отдающий клубничным лекарством. Феликс не мог забыть, как он ощущался во рту во время поцелуя. Не мог забыть поцелуй. И, конечно, того, кто его целовал.» Юные неловкие хёнли, любовь с первого взгляда и жаркое лето где-то в прибрежном пригороде США.

Что такое любовь? Казалось бы, состояние вполне объяснимое. Когда сердце тоскует в разлуке по одному единственному человеку; душа томится в непреодолимом желании быть рядом с ним, оберегая даже от самых незначительных рисков, а разум твердит, что ради этого человека ты костьми ляжешь, пройдёшь каждый из кругов безжалостного ада в наказание за все совершëнные проступки, но не позволишь любимому страдать от несправедливой жестокости.

Три королевства, испокон веков враждующие друг с другом. Три монарха, жаждущие абсолютной власти. Три народа, не находящие взаимопонимания друг с другом. Двое юношей, которым суждено изменить мир, познав истинную любовь.

Данная история является пояснением-дополнением к законченной истории, поэтому, если вы не читали Regardless, то не тратьте время зря.

Хёнджина всегда тянуло на дерзких омежек, так было бы и дальше, если бы не оказалось, что у него есть сводный брат. Ему придётся постараться, ведь Феликс - сама невинность.