усталость минхо начала переходить все границы – сон засасывает его, словно самое тягучее болото. хенджин хочет пройти мимо, но ноги сами цепляются за чужой стул. по полу рубашками вверх рассыпалась колода карт – какую перевернешь?

Хёнджин убеждён, что заполучить Криса ему удастся лишь в том случае, если он научится трахаться как он. И к кому, если не к Минхо, он может обратиться с просьбой его научить?

Утро в теннисном клубе всегда начиналось одинаково. Все собирались в кабинете Бан Чана на планёрку, чтобы обсудить разные вопросы и поболтать за жизнь, попивая бодрящий кофе. Эдакая приятная, необходимая рутина, помогающая настроиться на рабочий лад. Всё шло своим чередом, каждый новый день напоминал предыдущий, пока однажды в их тихой гавани не прогремела новость: к ним едет важный гость. Знаменитость, потенциально способная создать клубу целую кучу проблем.

— У каждого свой путь, не существует единого сценария успеха. Кому-то необходимы самореализация и блестящая карьера, а кто-то искренне счастлив иметь крепкую семью и жить в тихом уголке. Но правда одна: «Солнце светит всем одинаково». — Китайская мудрость? — Песня Веры Брежневой.

…Замотанный в знакомый оранжевый шарф парень в соседнем окне встречает его своими округлившимися от удивления глазами. Замечает прижатую к чужому уху телефонную трубку, и, не выпуская из заметно околевших пальцев сигареты, вдруг вскидывает брови, мол, чего надо? Минхо отвечает нахмуренным выражением лица.

Тонкая лента запаха, пробивающаяся сквозь табачно-дождливую помесь, единственная нота, но он никогда не упускает её, находясь так близко к шее Минхо. Гиацинты. Те, что согревали и успокаивали в залах ожидания, цветы, чьи веточки украшали его кухню в период первых ухаживаний, и в которых он, если бы мог, растворился бы еще давным-давно.

Хёнджин страдает от новой, малоизученной болезни, которая возникает из-за невзаимных чувств. Намереваясь исцелить его любой ценой, Чан предлагает нестандартную методику лечения. / — Так что именно мне нужно будет делать с этим человеком? — спросил Хёнджин, по-прежнему не особо что-то понимая. — Тебе придётся заниматься с ним сексом./

" - Мне кажется, за вами наблюдает маньяк. Может, вызвать полицию? - Не переживайте, всё в порядке, это мой парень" Или Хёнджин переводится в новое отделение и находит там приключения на свою голову, друзей и Минхо

— Я хочу, чтобы мы закончили это шоу с большим выхлопом, чем планировали. Хочу, чтобы продюсеры целовали нас в задницу. Хочу, чтобы ты стал звездой мирового класса; чтобы твое имя знали наравне с этими голливудскими выскочками, у которых нет и толики твоего таланта. И точно не хочу, чтобы студия затаскала нас по судам за несоблюдения условий контракта из-за того, что вы с Хваном не можете нормально делать свою работу. Поэтому я говорю тебе сейчас со всей серьезностью: поговори. Со своим. Парнем.

Всего пятнадцать квадратов пространства и восемь потерянных душ, которые иголкой и ниткой пытаются залатать свои душевные раны.

— Когда кто-то кажется тебе милым, игра окончена. — Так было у тебя и оппы? — Да, — безаппеляционно заявляет он, и вау, актёрская игра высшего разряда, принесите ему Пэксан за то, что так правдоподобно вжился в роль. И всё же зритель встаёт и уходит, потому что, как только они вернутся в Сеул, это будет неважно. Хёнджин отряхивает брюки от земли. — Хёнджин-и… не просто милый.

Хван Хëнджин всегда любил романтические истории, обожал вечерами плакать над очередной дорамой и он точно знал каким должно быть «идеальное признание». Однако наши ожидания не всегда совпадают с реальностью.

Canonverse!AU // Говорят, если болит, нужно приложить к этому месту кота, и боль отступит. При этом стоит держать в голове два факта: Минхо, несмотря на поразительное сходство, не кот и он Хёнджину ничем не обязан. Но Минхо остаётся. В рытвинах, кратерах и кровоточащих ранах. Он протягивает Хёнджину руку и укрывает его собой, как доспехами. Не забирает боль, а разделяет её.