– Тео, мне хватит месяца, чтобы затащить ее в постель, – запальчиво хвастнул Драко. Грейнджер, конечно, крепкая ведьма, но с определенными потребностями. Гибкое, извивающееся тело буквально кричало о них прямо сейчас. Мокрые пряди волос растрепались, будто от хлесткого ливня. – Это слишком скучно, Драко, – отмахнулся Нотт. – Она трахнет тебя и вышвырнет вон. – Ну… давай поднимем ставки. Она признается мне в любви. – О. – Глаза Нотта блеснули. – Такой спор не может обойтись без моего участия.

— Так что выходи за меня, Грейнджер. — Тео, я... — Ты любишь Драко, да, — он закинул голову, устремляя взгляд вверх. — Но мы ведь обсудили, что здесь нет выхода. Они не разведутся. Чёртово проклятие Малфоев. Гермиона молчала. Несмотря на все сказанные слова, в ней ещё теплилась надежда, что однажды Малфой найдёт способ разорвать этот навязанный брак, который ни он, ни Паркинсон не желали. Ведь Драко обещал.

— Гермиона Грейнджер, сколько живёт старая любовь?

Ноябрьский ветер трепал холодом волосы, периодически роняя платиновые пряди на глаза. В осеннем воздухе набережной Темзы могла бы чувствоваться долгожданная свобода, если бы руки не были скованы обетами, которые ощущались почти физически, до желания содрать кожу с предплечий вместе с ними и обязательством года работы на новый режим. Только через год он станет окончательно свободным, и больше ноги его не будет в этом чертовом городе, в этой чертовой стране.

— Надеюсь, ты вернешься домой ночевать? — спросил Теодор, подавляя отчаяние. — Да что ж такое… — Гермиона прищурилась, смотря на него исподлобья. — Хорошо, молчу-молчу… На самом деле он мог бы сказать больше, нет, он хотел бы кричать ей вслед, распахнув окно и умоляя вернуться назад, когда она счастливая покинула их общий дом, отправившись на встречу с другим.

Днём Гермиона Грейнджер — няня очаровательной девочки, а ночью ведёт трансляции на OnlyFans. Кто бы мог подумать, что отец той самой девочки окажется самым преданным её подписчиком.

Мы должны были разлучиться, чтобы встретиться снова. Пережить все невзгоды. Но если бы меня спросили, хотел бы я вернуться назад и отказаться от всего этого, я бы не смог... Я бы не смог, Гермиона. Я бы ни за что не променял то время, что мы проводили с тобой тогда. Никогда и ни за что. Я был готов провести сотню лет вдали от тебя, если бы это гарантировало твое благополучие и счастье, но это была бы самая жестокая, самая невыносимая пытка. Другого выбора у нас никогда не было.

Так уж сложилась жизнь, что у золотой девочки далеко не все в мармеладе. Но иногда даже самая умная ведьма должна дать шанс безумству, а ответом на все проблемы станет платина…

— Так случилось, что я живу в поместье, один. Ты и Лира приедете и поживете у меня, пока не разберетесь с этим дерьмом. — Тео... — Прежде чем ты скажешь «О, Тео, я не могу навязываться», у вас двоих практически будет собственное крыло. В поместье Ноттов слишком много места, и я, со своей стороны, буду рад компании двух красивых женщин. • • •

Гермиона Грейджер оказывается в центре внимания двух неоднозначных слизеринцев. В парнях пылает дух соперничества и Гермионе ̶н̶е̶ ̶ повезло оказаться между ними. Девушка не знает правил игры, в которой ей волей судьбы приходится участвовать. Все говорят, что происходящее - обман, но все ведь тоже могут ошибаться?

Драко Малфой и Теодор Нотт - авроры под прикрытием с длинным послужным списком. Закадычные друзья готовы прикрывать спины друг другу, вылавливая опасных преступников по всему миру и успешно завершая любые секретные операции. Всё меняется, когда в Британию возвращается Гермиона Грейнджер, которую уже успели наречь самой желанной холостячкой. Справятся ли авроры с новым секретным заданием под названием «Любовь»?

Гермиону преследуют навязчивые сны, и она приходит к Драко Малфою в Азкабан, чтобы выяснить их природу. «Два фальшивых галлеона — вот и вся цена твоей памяти».

Эпоха bad to the bone. Времена кровавых распрей не на жизнь, а на смерть. Рукопашные бои, скрытые мотивы. Трупный запах и море убийств вперемешку с загадочными посланиями на телах. Да начнётся шествие тёмных рыцарей не только с чёрным конём, но и с чёрной гнилой душой и наточенным ножом за спиной. Каждый в этом мире сам за себя. Да будет так, игра только начинается.

Закрыв печать последней из тринадцати волшебников, Гермиона сама не поняла, как заперла вместе с Малфоем частицу своей души. Ту самую, которая связывала их по ночам, позволяя видеться во снах. Ту самую, которая сеяла в сердцах обоих желание и безумие. Ту самую, которая стала оплотом для него и гибелью — для неё. Запечатав часть себя рядом с ним, она стала отчуждённой в этом мире, но сама этого не знала. До сих пор. До момента их первого поцелуя.

При выполнении задания Гермиона попадает под воздействие неизвестного зелья, обладающего определенным эффектом. Драко намерен помочь своей напарнице, но настолько ли сильны его способности окклюмента, чтобы противостоять соблазну?

На дуэли Драко настигает проклятие, которое постепенно стирает воспоминания. Застряв с Грейнджер в доме на краю моря, он теряет жизнь и рассудок, цепляясь за то, кто он есть, и забывая, кем был.

Драко и Гермиона назначены обезвредить от тёмной магии старинное поместье. Работа кажется им скучной и бесполезной, пока они не встречают главного обитателя дома. Напарники буквально ненавидят друг друга. Но так ли это на самом деле?

— Окей, я задам вопрос, ответ на который хотят знать все девчонки этой школы, — Кис решила немного потянуть время. Она смотрела своему сопернику прямо в глаза, в очередной раз доказывая, что не считает его привилегированным. Кис знала, что ни одна девушка в этом зале не позволила бы себе такого, потому что она бы либо смущалась, либо боялась чистокровного принца. Поняв, что драматичной паузы достаточно, она продолжила. — Итак, кого из девушек этой школы ты любишь, Драко Малфой?

Окончание войны не всегда сопровождается полным прекращением огня и мирным небом над головой. Драко Малфой усвоил этот урок, попав под действие темного артефакта, уготованного ему неизвестным недоброжелателем. Но чем произошедшее с ним несчастье обернется для Гермионы Грейнджер?

Название намекаэ.