Кто-то сказал Аннабет, что Перси будет нравиться девушкам, даже если он не будет в их вкусе. Или 5 раз, когда Перси непреднамеренно испытывал терпение Аннабет, общаясь с другими девушками, и 1 раз, когда ей (и всем остальным) это надоело.

Три года – не так уж много времени, чтобы излечится от этой боли. Взгляд застывает на серых, переливающихся белесыми ободками, облаках. Не хочу мокнуть под дождем, словно приблудившаяся шавка. Но не могу спорить с природой – на лицо падают первые капли дождя. Три года – не так уж много времени, чтобы забыть тебя.

Небольшое АУ относительно канона. Аннабет отдает себе отчет, что такие чувства к друзьям не испытывают, что сердце не должно так биться, а ладони – потеть, когда она его видит, но, стиснув зубы, раз за разом называет это дружбой.

Засидевшись допоздна в городской библиотеке, Аннабет оказывается запертой на целые выходные. Но что куда хуже, Перси Джексон, скрытный, отрешённый и заносчивый парень школы, тоже застрял вместе с ней...

Когда-нибудь это всё равно случится, О'Кей? Из серии очередной первый раз:)

В одно раннее утро Аннабет проснулась от того, что чьи-то сильные и крепкие руки обняли её за талию и прижали ближе к разгорячённому телу. И она, разумеется, прекрасно знала, кому именно принадлежат эти руки с чуть мозолистыми ладонями.

— Я, конечно, догадывался, что ты девушка весьма... эмоциональная, но чего ты ревёшь-то? Я решила не кривить душой и ответила всё напрямую и честно: — Влюбилась. — Влюбилась? — непонимающе переспросил он. — Да, влюбилась, Джексон! При чём влюбилась в дауна. — Ага... Тогда пойдём и найдём этого парня, чтобы ты могла врезать этому придурку за то, что он не замечает такую обалденную девушку. И тогда я от души залепила ему кулаком в нос. — Ты придурок, Джексон, каких ещё свет не видовал!

Все началось в 12 лет: Аннабет увидела во сне мальчика. А потом снова.

Перси Джексон и Последнее пророчество. Глава четвертая. Аннабет и Перси ссорятся после разговора о Рейчел и ее снах... Помните этот момент? А теперь представьте, что Перси набрался смелости и решил сделать первый шаг к примирению еще до того, как отправился с Нико в царство Аида.