Золотое трио вернулось в Хогвартс, чтобы отучиться последний год, после окончания войны. Однако в Хогвартсе всё ещё происходит невообразимое, когда профессор МакГонагалл решает перевести Гермиону с Гриффиндора на Слизерин, чтобы способствовать единству.

Когда от усталости хочется содрать с себя шкуру, приходит спасение. В ненависти и ярости. В хронической злобе. В возвращающейся боли. И осознании: любое спасение временно.

Впервые за очень долгое время ему было тихо.

Гарри Поттер мертв. После окончания войны, чтобы укрепить свою власть, Волдеморт прибегает к программе повышения рождаемости и возрождения магического населения. У Гермионы Грейнджер есть тайна, скрытая и защищённая ее разумом, которая ставит под угрозу существование нового режима. Поэтому ее, как пленницу, отправляют к Верховному Правителю, чтобы взять под контроль и использовать в качестве суррогатной матери. Пока ее разум наконец не будет сломлен.

Гермиона не хотела детей. Она даже разрушила отношения с Роном из-за нежелания становиться женой и матерью в ее-то годы. У нее же вся жизнь впереди. Все успеется... Ага, как же! Итак, ей 24, она молодая, независимая и очень самостоятельная — ей это нравится... Ну и немного беременная... — вот это ей совсем не нравится!

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

Драко и Гермиона даже не подозревали, как приятно может оказаться сидеть под одним зонтиком на дождливом матче Гриффиндор-Слизерин...

И будь я благородным принцем, отпустил бы тебя сейчас, но это не та сказка.

— Это была моя любимая сказка. Но потом я выросла и поняла, что это...так глупо. Она всё время бежала за ним босиком, когда он даже не подумал о ней, уйдя со Снежной Королевой. Он все эти годы о ней даже не вспоминал. И я не хочу быть глупой, как она. Я устала бежать за Каем. Я устала, — Гермиона ощутила, как тёплая слеза скатилась в угол её губы, и он проследил за ней холодным взглядом. Так он смотрит на соперников перед игрой в квиддич. Безразлично. Бездушно. Чёрство. — Пусть спасает себя сам.

Пока ты смотришь в будущее, будущее смотрит на тебя. Проблема лишь в том, что оно смотрит глазами, которые как две капли воды похожи на глаза твоего врага — идеально серого цвета.

Поэтому Драко Малфою остаётся довольствоваться лишь дружбой Гермионы Грейнджер. Как бы они не сходили с ума, на какой бы тонкой грани не балансировали и какую бы черту не провели. В конце концов, для секса у него всегда будут безымянные девушки. А для платонической любви — его Грейнджер, что бы там не говорил Блейз.

Нечего на собрании отделов ноги распускать.

О том, как Грейнджер и Малфой накануне Рождества с одиночеством боролись.

Гермиону преследуют навязчивые сны, и она приходит к Драко Малфою в Азкабан, чтобы выяснить их природу. «Два фальшивых галлеона — вот и вся цена твоей памяти».

«Спасение слизеринцев — дело рук самих слизеринцев. Остальных спасёт Поттер». Гермиона засмеялась. Сейчас, стоя посреди кухни Малфоя в его футболке, она как никогда ощущала себя слизеринкой. И Поттер её не спасет.

- Ты счастлива? – внезапно выпалил он, приближаясь. - Драко, - Гермиона обессиленно выдохнула, отворачиваясь к стене и быстро смахивая слезы, которые успели покатиться по щекам.

У Гермионы была идеальная жизнь. Любящий муж, желанная работа в Министерстве Магии и верные друзья. Так почему же ей приходится скрывать синяки на лице, пока она тянется к магловским таблеткам? Драко с трудом проживал день за днём последние шесть лет. После получения наследства и восстановления репутации фамилии Малфой он понял, что в его жизни чего-то не хватает. И вот он работает рядом с Золотой девочкой, которая, кажется, потеряла её огонь в глазах.