Смотреть на то, как ломается человек, больно. Смотреть на то, как ломается сильный человек, ещё больнее. Смотреть на то, как плечи Джилл сотрясаются от беззвучных рыданий, а пальцы беспомощно цепляются за рукава его футболки — невыносимо.

Первое, что в своей жизни помнит Карлос – ему три, он стоит на кладбище с отцом в этом нелепом чёрном детском костюмчике и плачет. На небе светит яркое солнце. Карлосу не понятно, как в такой день может быть настолько хорошая погода. Это от того, решает он, что мир не хочет провожать Её слезами.

— Эй, забыл? Я же суперкоп.

« — Я готов был принять любой удар, лишь бы защитить ее. Она стоит пролитой крови. Она стоит уничтоженного города, да черт, я сжег бы целый мир дотла ради нее. Но Джилл..»

Всё её существо осталось в Раккун-Сити. Тело до сих пор напряжено и готово рвануть в сторону в любой момент, уклониться, прыгнуть, упасть ничком, лишь бы только спастись, вырваться из западни. Пальцы в расслабленном состоянии до сих пор застывают, будто держат рукоять пистолета. В ушах рёв неразмыкающейся пасти, во рту вкус крови. А перед глазами — смерти, смерти, много смертей.

Если стрелять, то на поражение. Жаль, что за день до конца света Джилл Валентайн сама не своя.