Звуковой диапазон сов довольно широк. В особенности — у счастливых.

Блитц хочет сбежать. Чёртово навязчивое желание, которое преследует его всю жизнь. Сколько раз он уже так делал? Сколько букв в своём имени стирал и сколько ещё сотрёт? Но что если найдётся тот, кто не даст ему снова начать этот порочный круг?

О, эти прекрасные минуты... минуты, когда Столас молчит.

За все те дни, что Столас провел в больнице, Блиц так ни разу не зашёл его навестить. Только по вечерам в коротеньких сообщениях тот интересовался о его самочувствии. И принц Гоэтии ещё сильнее укрепился в правильности своего решения дать любимому бесенку свободу...

После осознания факта, - что Столас не всесилен, - Блица с головой накрывают глубокие душевные терзания. Будучи не в состоянии справиться с нахлынувшим чувством вины за случившееся, он всеми способами пытается облегчить собственные страдания; заботится о демоне, давая ему все, о чем тот просит. Постепенно новообретенные привычки в их взаимоотношениях неосознанно перерастают во что-то гораздо большее, чем страх не иметь возможности уйти, когда больше не будет нужды оставаться рядом.

Он направил пистолет на себя. Прямо в грудь. И убрал свои руки за спину, убедившись, что Блитц способен нажать на курок. «Стреляй».

Блитц различает только мгновение, когда книга возвращается к владельцу. Их руки вдруг соприкасаются на мгновение дольше, чем следовало бы. Почему-то Столас медлит, хотя он мог бы просто выхватить свой ценный фолиант у грабителя. Вместо этого он мнётся, перебирая страницы и корешок книги, произнося странное, ненужное: «Если захочешь приходи ко мне в любое время». Именно это, кажется, добивает Блитца, вцепившегося в кристалл как в свою последнюю надежду.