Чонгук любит свободную одежду, массивную обувь и играть в видеоигры. Чонгуку скоро двадцать, он на первом курсе и всего неделю назад заселился в общежитие. От Чонгука не пахнет ничем, но Тэхен почему-то уверен что его сосед альфа. Или Au в котором Чонгук настолько неординарен, что Тэхён не сразу понимает, что тот омега.

— Ну, хен, ну пожалуйста, — хнычет, — мне же интересно. — Чимин, ты понимаешь, что это ненормально — трогать член другого парня? — пытается заблагорассудить, но младший не из робкого десятка.

— Ты что сосал банан? — Юнги не сдерживает смешок, за что получает обиженный шлепок по бедру, но затыкает его не это. Чимин сплевывает на его член. Старший буквально видит как прозрачная струйка слюны стекает с пухлых губ на покрасневшую головку. Младший размазывает её рукой и поднимает на Юнги невинный взгляд. — Тебе нравится?

— Это будет нашим маленьким секретом, — парень со шрамом подмигивает, достает пистолет и стреляет в ногу, вызывая у Мэй адскую боль и дикий крик. — Это тебе на память.

Чон Минсоль бросают за шесть часов но Нового года. Заглушая грусть пивом, не замечает, как к ней подсаживается незнакомец. Спустя пять лет и четыре поцелуя она узнает его имя, но до тех пор он будет просто Блестяшкой.

Он трахает глазами.

Единственная ошибка, которую допустит отец Саманты – познакомит дочь с Тэхеном, ведь Демиан был слишком слеп и не ведал, насколько грешен и насквозь пропитан пороком род Ким.

— я вижу тебя всего второй раз в жизни, но ты уже пробрался мне под кожу, — чонгук тычет себя в грудь, туда, где грохочет смятённое сердце, а тэхён раскатисто смеётся, запрокидывая голову и сверкая вылезшими острыми клыками. — признайся, что околдовал меня.

чонгук смотрит на альфу перед собой затравленным взглядом и пытается держать себя в руках, чтобы не закатить уже подкатывающую к горлу позорную истерику. — я не… я не верю… — дрожащие полные губы через силу складываются в вымученную кривую улыбку. слезящиеся чёрные глаза отчаянно вглядываются в чужое угрюмое лицо. — джинхо никогда бы мне не изменил.

— я думал, что ты альфа… — омега задыхается, прижимаясь грудью к чужой, обнажённой, и взволнованно ёрзает, оставляя на напряжённом тэхёне густые дорожки собственной смазки. — но, боги, это даже лучше, чем я мог себе вообразить…

— какое же у вас занимательное выражение лица, студент ким, — звонкий голос чонгука сквозит неприкрытой насмешкой и ехидством. — так интересно на моей паре, что вы хотите блевануть?

— давай, маленький кровожадный жрец, повтори, что ты говорил, когда молил меня о снисхождении. тэхён скалится, пытаясь заглушить голод, снова наполняющий нутро жидким огнём. — какие проклятия ты шептал, когда он брал тебя против твоей воли?

— клубничный дайкири для одного сексуального мужчины с обалденным запахом и самыми красивыми, но грустными глазами.

Чон Чонгук счастливо женат. Большой дом, красивые машины, дорогие закрытые клубы, успешный бизнес и преданный омега ждёт всегда дома с поцелуями. Чон ни в чём не нуждался и ни о чём не мечтал - у него уже всё есть. Пока однажды на одной из вечеринок не случилось что-то, чего он ожидал меньше всего на свете.

Наш бразильский пляж и одурманивающая пина колада, что блестит на твоих губах, освещенных закатным солнцем Рио.

— У тебя течка, Тэхён. Иди домой, — как можно мягче пытается говорить Чон, но выходит рвано. — Но у нас важные переговоры… — Если ты будешь нюхать мою шею всё время, наши переговоры закончатся, так и не начавшись. Ты уже не маленький, прекрасно знаешь, как течный омега влияет на альф. — Но обычно никто не замечал… — В смысле, «обычно»? — Чон резко останавливается, переваривая только что услышанную информацию. — Это не первый раз, когда ты пришел на работу в течку?

Друзья Чонгука уже привыкли, но ещё пару лет назад правда существовала только между ним и его деткой. И она такова: Чон просто обожает, когда Тэхён капризничает и выпрашивает у него деньги на свои шалости. Заводится от каждого "Папочка, купи!", дрожь бежит по телу от осознания, что вся его огромная компания работает для удовлетворения прихотей его детки. А детка очень любит играться со своими подарками вместе с папочкой.

Господин Чон. Любит всех своих деток одинаково. Ласково называет их "мои звёздочки" и никогда не спит ни с одной из них. Считает это неприемлемым: в здоровом рабочем коллективе не должно быть любимчиков, не должно быть исключений, чтобы не было зависти и обид. И это до зуда костей бесит Тэхёна. Потому что безумно хочется стать тем самым исключением.

«Дерьмо, дерьмо, дерьмо» — думает Тэхён, вытаскивая из кобуры оружие, а парень, стоящий напротив, заметно веселеть начинает, не обращая внимания на боль в плече, потому что полицейский перед ним — тот ещё экспонат. — Если вы ок-кажете сопротивление, я б-буду вынужден стрелять! — Малыш, предохранитель сними хоть. — Молчать! Р-руки за голову! — Милашка. Ты хоть стрелять-то умеешь? — С-сейчас научусь!

Тэхен владел крупной архитектурной компанией, одевался в костюмы от Ив Сен-Лоран и не умел улыбаться. А Чонгук... Чонгук готовил ему кофе в кофейне у дома.