Тэхён прерывает поцелуй, поднимает голову и смотрит в черные глаза, но не отодвигается, остаётся на месте. - Тебя не смущает, что ты, альфа, сидишь на альфе и целуешь альфу? - шепчет Чон, смотрит на покрасневшие губы. - Меня - нет, а тебя? - Меня - да. - Мне остановиться? - Нет...

Живёшь ты себе спокойно в своё удовольствие, а потом оказывается, что твой истинный – альфа. Всё бы ничего, вот только и ты тоже альфа.

Прокручивая в голове их секс, он помнит бешеное желание и омегу, который скулил и молил между ними. Но все это смешивалось в общий фон, в середине которого ярким пятном широкие плечи и чуть вьющиеся волосы прядями облепили лоб, когда альфа часто дышал, брал того омегу, прожигая Чонгука сверкающим взглядом. Карие глаза притягивали через вырезы в черной маске. Все в этом альфе манило на странном уровне, и даже несмотря на сильные доминантные феромоны, они не порвать друг друга хотели, а поцеловать

— как думаешь, он чувствительный под хвостом? — спрашивает отрешённо тэхён и провожает тоскливым взглядом чужую широкую спину. — мне кажется, что да. тем более, ну... он же омега. они все там очень чувствительные.

он с чонгуком просто трахается. проблема в том, что с чонгуком нихрена непросто.

— Надо же, — сердце, кажется, все же бьется, то, что от него осталось. Вот. Стучит. Громко. Надрывно. Ломая ребра изнутри. — Не ожидал тебя увидеть. Сколько прошло с нашей последней встречи? Года два? — такая топорная ложь. До смешного очевидная. Как будто он может не помнить, когда они в последний раз виделись, как будто он не умирал каждый чертов день, все эти три года и два месяца. — Три, — поправил Тэхён, с неизменной улыбкой на лице.

omegaverse au! в котором тэхен — двадцативосьмилетний боксер и альфа-холостяк, а чонгук — восемнадцатилетний влюбленный в кима альфа, имеющий черный пояс по тхэквондо.

а чонгуку всего лишь хочется закутаться в запах своего альфы с головой, напялить на себя всю его одежду или, ещё лучше, перетащить все тряпки тэхёна на постель и утонуть уже в них.

- Нам надо стать парой. Чонгук не выглядит удивлённым. Чонгук не возмущается. Не отнекивается и не переспрашивает «что?». Чонгук лишь вновь прикрывает глаза и тянет застывшую в своих волосах ладонь к своей щеке, прижимаясь к ней. - Если честно, я думал об этом. - Правда? - Да. Все недели, в промежутках между бредом, болью и ненавистью к «верной стае».

Чонгука сложно назвать особо терпеливым альфой, но Ким Тэхён нарывается сам: он язвит, влезает в флирт с омежками, проходится по самому Чонгуку, его вкусу в одежде и характеру. Но Чонгук не ожидает, наконец сорвавшись, выяснить, что под дерзкой и яркой внешней оболочкой Тэхёна прячется что-то не по-альфьи сладкое и податливое.

Чимин скрежещет зубами и настырно усиливает скорость беговой дорожки, лишь бы отвлечься от чарующего сладкого аромата, витавшего в воздухе. Он давно ходит в спортзал, его никогда не смущали другие посетители, но этот альфа... Чертов Чон Чонгук сводит с ума его волка и в один прекрасный момент провоцирует преждевременный гон у Чимина прямо посреди тренировки.