—Здравствуйте, я Шастун Антон Андреевич, звонил вам вчера, — молодой человек говорит это, закрывая за собой дверь, и переминается с ноги на ногу. — А, Антон Андреич, помню. Проходите! Не стойте на пороге как неродной. — Седовласый мужчина добродушно улыбается, жестом указывая на кресло перед своим столом. — Ну, рассказывайте. — Я могу показать вам дипломы о моём обучении, — начинает парень, но его перебивают. — Нет-нет, вы не поняли.

Раз в пять лет в небольшом городе проходит жатва. Выигравший становится мужем известного в нем альфе-колдуну. Хочешь или нет, но по исполнению двадцати пяти лет ты обязан принять участие. Или омегаверс АУ, в котором Антон наивен и неопытен, а вот Арсений повидал уже многое.

Слышу приближающиеся шаги, а затем и звук открывающегося замка. — Хозяин желает отыметь мою тугую дырку или воспользоваться моим ртом? — говорю тихо и смиренно, ведь только так мне и можно говорить в этом доме. AU, в котором узаконено рабство.

Антон зашёл в свой любимый бар. Ему всегда нравилась атмосфера внутри. Чёрные стены, обитые мягким материалом, большие круглые столы из красного дерева, хорошие напитки и приятный бармен, а по совместительству и друг Шастуна — альфа Сергей. Кстати о Сергее: когда Тоша заглянул как обычно после универа, то не обнаружил там своего приятеля. Вместо него был высокий, хорошо слаженный брюнет. Или Au, в котором Арс — бармен и истинный Антона. Ламповая история с любимыми героями.

Автор просто увидел одну интересную картинку и, поняв, что таких фф ещё нет, начал описывать бете в диалоге свои мысли, а когда очнулся, он был уже дописан.

Чонгуку 18, когда он впервые видит Тэхена. *** – Знакомься, Чонгук. Это – Ким Тэхен, ему 14 лет, он твой двоюродный брат и сын тети Хёлин. К сожалению, она скончалась 2 дня назад, и ее последней просьбой было воспитание нами ее сына. *** – Чонгукки? – совсем тихо зовет брата омега, и когда тот, справившись со сложным узлом и поправив воротник рубашки, поднимает глаза на младшего, привстает на носочки, сокращая разницу в росте, и по-детски невинно целует альфу в щеку. – Спасибо, мой альфа.

Юнги перевел взгляд туда, куда до этого смотрел Чон, и усмехнулся, покачивая головой. Что ж, этот малец всегда отличался прекрасным вкусом и тягой к дорогим, а часто и недоступным игрушкам. Как и сейчас. – Даже не знаю, друг. Эта бабочка крайне своенравная. Сокджин говорит, что он настолько хорош, что позволяет ему самому выбирать себе клиентов.

— Вытряс бы, да? — Чонгук толкнулся языком в щеку, вызывающе глядя на Тэхёна. — А может, вытрахаешь, м? Как насчет того, чтобы нагнуть меня прямо на этом капоте, — качнув головой в сторону черного внедорожника, на котором Тэхён за ним приехал. — Хватит силенок оттрахать меня как следует, а? Так, чтобы я хныкал и клялся, что стану послушным мальчиком? Или любовник из тебя такой же посредственный, как и телохранитель?

— Я не буду! Хватит! — Будешь, — Чонгук снова склоняется над ним и пальцами сжимает щеки, говорит прямо в губы: — Будешь, потому что хочешь, да? С тобой точно нужно погрубее, ведь такую сучку нужно наказать. Тэхён выдыхает, распахнув губы, и словно ждет, что его поцелуют. Но Чонгук лишь пренебрежительно фыркает ему в губы и щурит хитрые глаза, а у Тэхёна пах скручивает туго и томно, потому что да, блять, он точно хочет именно так.