Когда Гермиона попадает в метель, и её машина застревает в снежной буре, она спасается благодаря помощи Драко. Чтобы переждать пургу, мужчина приводит её в свою хижину, не оставляя девушке никакого выбора, кроме как провести Рождество в компании абсолютного незнакомца.

После несчастного случая с зельеварением в пятнадцать лет, Драко должен смириться с тем, что живет с болезнью, от которой нет лекарства.

— Я люблю тебя. — Я знаю, Грейнджер. Так проще. Уйти. Не ответить на её признание теми же словами, чтобы она не привязалась, чтобы не плакала из-за него и с трезвым умом завтра отправилась на рейд. Война — не время для любви, и Драко искренне так считает, позволяя при этом сердцу болезненно сжиматься при виде того, как уголки губ Грейнджер опускаются при каждом прощании.

Громкая помолвка, свадьба в Италии, самая красивая и блестящая пара магической Британии — министр Грейнджер и наследник Малфоев. Кто бы мог подумать? Что это: брак по-расчету, который, очевидно, выгоден всем участвующим, или они действительно тайно любили друг друга годами, как и заявили во всеуслышание в прессе? А что, если я скажу вам, что правда и то и другое? Вот только молодые супруги сами об этом пока не знают...

— Снимай футболку. — Грейнджер, тебе не нужно изобретать какие-то сложные уловки, чтобы увидеть меня голым. Одно твоё слово, и я устрою для тебя стриптиз. — Вот я и говорю это «слово». — Она взмахнула палочкой в его направлении. — Раздевайся.

«Грейнджер–» Драко прорычал ее имя, когда она оказалась на опасно близком расстоянии от нижней части его живота. «Замолкни!» Её глаза были в дюйме от его собственных и опасно сверкали. Всё ее тело было тесно прижато к его, что могло бы казаться невероятно возбуждающим в любой другой ситуации. К сожалению, Драко был поглощен попытками отодвинуть ее колени подальше от своих бедер.

— Малфой, наблюдение за тем, как ты совершаешь проникновение со взломом, не прибавляет мне спокойствия, — строго отчеканила Гермиона, следуя за ним в офис. Она всегда называла его по фамилии, когда пыталась пристыдить. Рабочий стол в дальней части комнаты был превосходного размера, просто идеален для его целей. Драко развернулся к ней с хищной усмешкой. Гермиона стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди, и смотрела на него с подозрением во взгляде. — Ни за что.

Гермионе нравится, когда на неё смотрят. А Драко Малфою нравится на неё смотреть. Только до боли хочется большего.

В квартире, которую на двоих арендуют Паркинсон и Грейнджер очень тонкие стены, и Гермиона невольно слышит ночные похождения своей соседки по квартире... Неужели так плохо, что ей это нравится? Мороженое, алкоголь и похотливые откровения заставляют Гермиону признаться в том, что она подслушивала, как Драко Малфой занимается сексом с Пэнси, и бывшая гриффиндорка обнаруживает, что ее фантазии могут стать явью.

Рон расстался с Гермионой несколько лет назад, причем не самым лучшим образом. Он ни разу не видел ее за все это время, и почему-то Рональду казалось, что при их расставании он точно был прав насчет будущего Гермионы. Ровно до того жаркого июльского вечера, проведенного в компании старых друзей в пабе "Три метлы".

— Какая из кроватей твоя? — спросил Малфой, прикрывая дверь. Она молча протянула мокрую от чая руку и сжала его пах. — Черт, Гермиона, — прошептал он и заглушил комнату заклинанием. И они стояли там, лаская и бросая друг друга на грань, пока она не зарыдала от облегчения. *** Некогда нетронутое изголовье кровати теперь щербилось глубокими, злыми бороздами слова “ОТЧАЯНИЕ”.