Огромные худи, скрытые блестящие глаза под капюшоном, аромат бабл-гама и теплая безграничная любовь. «Под небом без луны и звезд эту темную ночь освещали два ярко мерцающих сердца, утопающих в собственных волнах любви».

Минхо лишь хотел разбавить атмосферу и поиграть с этим пареньком. Кто же знал, что он возбудится от щекотки.

Пообещай, что не бросишь меня. Пообещай, что на этот раз останешься.

— Первое правило нашего договора: все эти три месяца ты мой парень. А значит тебе нельзя ни с кем встречаться и спать на стороне. Второе правило: быть скромным. Не нужно за столом говорить, как ты любишь, когда тебе присовывают в задницу. Третье правило: не смотреть на моих братьев. И если Минхо первоначально думал, что эти правила выполнимы, то, оказавшись случайно прижатым чужим обнажённым телом среднего брата Чана, — Джисоном, — до него наконец дошло — это полный провал.

Минхо ощущал каждой клеточкой своего тела, что под ним сокрыт целый зверь. Когда он освобождался от цепей и выходил на охоту – он рвал зубами человеческую плоть, потроша ее на куски. Ему не страшна ни кровь, ни крики, ни боль. Он этим питался. Он этим жил. И Минхо думал, что всякий входящий в больничное крыло будет остерегаться его клетки, однако что-то явно пошло не так, когда однажды новый лечащий врач с теплотой в голосе начал называть его просто-ласково – Котёнком.

Минхо закрылся в собственном мире, где был только он, его небольшая рок-группа и тексты песен, которые он писал ночами напролёт, выдавая симфонию звуков из гитары. Он старается написать свой первый альбом, но как назло у него пропадает вдохновение. Тогда на помощь приходит он – парень, играющий на пианино, звук которого Ли ненавидел больше всего. — Т-ты поцеловал меня? – удивлённо сипит Минхо. — Да, и сделаю это ещё раз, если не заткнешься. — А что, если я не заткнусь?