Двое парней, которые любят экстрим и опасности. Один - лидер банды мотоциклистов, второй - приезжий отшельник, который после одного события возжелал присоединиться к ним. Минхо тщательно скрывал то, что Чан за один вечер вытащил наружу. Его секреты и потаённые желания…

- Погоди, ты сейчас не шутишь?! – Феликс чуть не подавился пивом, когда пришел к Минхо помогать паковать вещи. Ну как помогать – смотреть и комментировать, пока несчастный старший боролся с не желающим закрываться чемоданом. – Тем чуваком со стенда оказался твой звездочет?! - Минхо раздраженно закатил глаза, наконец, победив чемодан и принимаясь за коробки. - Он астрофизик, я тебе уже сто раз говорил! И он не мой! - Пока что. – смешно подвигал бровями Ликс.

- Чем хочешь заняться? Лифтовыми или планировкой второго этажа? - Тобой. – немного хриплым голосом ответил Чан.

Минхо устал после дня интенсивных тренировок и мечтает лишь о крепком сне. А возбужденный Чан жаждет близости со своим парнем.

Чан всегда работал на износ, часто забывая поесть или банально лечь спать. А Минхо просто владелец небольшой закусочной, которому однажды стало жаль позднего клиента

Минхо не знает. Поможет ли чем-то Крис? Нужна ли ему вообще помощь? К тому же, Крис пришёл сюда работать, а значит у него самого дел выше крыши. Но что-то во взгляде их лидера заставляет Минхо остаться и неуверенно признаться в том, что да, ему нужна помощь, он был бы благодарен, если бы его хён помог ему с этим тупым английским произношением.

Принятие решений было не самой сильной стороной Чана. Когда Хенджин, его бывший, пригласил к себе отпраздновать день рождения, Чан не подумал и сказал, что будет занят кое с кем. Вообще, всё было ещё хуже: этим кое-кем был его новый сосед, которого Чан терпеть не мог. Ли Минхо.

Бесит. Этот альфа его бесит! И он бы, может, что-то бы и сделал с ним, но ведь чёртов Бан Чан идеален! Идеален во всем — и в этом великолепному Ли Минхо придётся убедиться ещё не раз. Впрочем, с тем, что их связывает, это и неудивительно...

Видимо прав был Джисон, когда говорил, не принимать ничего у незнакомцев. И не отвлекаться, следить за своим бокалом, чтобы… Минхо облизывает сухие губы. Да, чтобы не попасть вот в такую ситуацию.

Минхо не видел себя, но знал, что выглядел жалко. Избитый, израненный, в изодранной одежде, которая еще недавно была изысканной шелковой мантией, достойной сына монарха пусть небольшого, но гордого племени. Вчера — наследник, сын-омега вожака, а сегодня — покрытый синяками пленный раб. Завтра... Завтра оставалось неизвестным, и мысль об этом вселяла в Минхо страх, который он старался не пускать в сердце.

Вчерашняя ночь была настолько непредсказуема и хороша, что в неё верилось с трудом. Этот виляющий прекрасный зад его Чана, мускулы, ходившие под натянутой кожей, вздувшиеся вены и оголтелый горящий взгляд, будто лидер добрался до запретного лакомства и сошёл с ума от вседозволенности.

— Не распространяться никому о нас. Не посвящать меня в подробности твоих межличностных отношений, — требовал Минхо. — Все проблемы оставлять там, откуда пришел. Я — не спасательный круг. Я в свою очередь буду делать то же самое. Никаких соплей. И самое главное, Кристофер, не влюбляться. Только попробуй, — а взгляд словно дополнял фразу чем-то вроде «…и я вскрою тебе глотку».

Все началось со взгляда и навязанного ухаживания. [AU, в котором гибрид кролика Ли Минхо — сложный и закрытый омега, а гибрид волка Бан Чан любит сложности].

Сзади раздаётся звук шагов по ламинату и тихий, жуткий свист. Мурашки лижут нежную омежью спину, как крупные губы чудовища, и Минхо дёргается в сторону, проносясь мимо огромных картин.

Мама Минхо назначила ему свидание с дочерью своей новой знакомой, но что-то пошло не так…

Минхо отшатнулся, упав, и поспешил встать. Но как только он сделал шаг, сзади на него напрыгнул Чан, придавливая своей рычащей тушей к полу. Омега позорно вскрикнул, впиваясь пальцами в шероховатый ковёр. Он чувствовал широченную грудь своей спиной, и как огромный барс тяжело и шумно дышал ему в затылок, заставляя волосы встать дыбом, а чёрно-белые уши испуганно прижаться к голове. Они замерли на полу, как два больших кота перед дракой. Только не перед дракой.

В тёмном углу, за сваленной мебелью, открылись ярко-жёлтые глаза. Существо разогнулось, покидая место своего покоя, и вскоре в слабый луч света из мутного окошка неспешно выплыл широкий силуэт. — Так-так… Похоже, у меня гости, — чудище подплыло ближе, сверкнув рельефом мышц под мраморно-светлой кожей. Его верхняя часть была похожа на обломки человеческих мраморных статуй, что Минхо видел в детстве.

Виски пульсируют от нарастающего давления, и в ушах слышно лишь шум собственной крови, но Минхо не сдаётся. Никогда не сдавался. Облизывая пересохшие губы, он вглядывается в темноту и пытается вслушаться. Дикий зверь где-то близко. Но всё вокруг будто против одного несчастного омеги, и луна скрывается за облаком, забирая свой лёгкий серебристый свет. Минхо сглатывает и натягивает туже лук. Простой добычей он не станет. Ночь темна и полна ужасов.

Чан загребает рукой назад мокрые волосы и натыкается на мотающего хвостом чёрного котёнка на диване. Его маленькие пальцы впиваются в коричневую обивку, а уши отведены назад. Он шипит на него, показывая небольшие клычки. Альфа молча приподнимает чёрные брови. Впечатляет.

Минхо долго сопротивляется тому, чтобы оказаться в "списке побед" Чана, но все равно в нем оказывается. И ни о чем не жалеет.