О половом созревании, влюбленности в друга детства и бабочках в животе, которые позже обернутся ножами.

Скарамуш спит на удивление крепко — Мона может обвести пальцами линию челюсти, чиркнуть ногтем неосторожно по острой скуле, но он только веки сомкнет сильнее и, выворачивая запястья, застонет так, что сжимается сердце. Он только учится спать спокойно.

Мона боролась не за то: очевидно, Фатуи оказались правы, о чём не брезгует сказать с насмешкой своему врагу — Скарамучче. Только поздно уже, ведь небо Тейвата пало.

Не стоит шутить с магией, даже если шутки смешные.

Каким бы сильным и отвратительным твой противник не был, ты не должен опускаться до его уровня. Особенно, когда тот слишком сильно ранен.

Странник казался картонным — не язвил, не выражал никаких эмоций, шагал ровно и словно по какой-то незримой для девушки программе. В холодных синих глазах не было ни капли насмешки, ненависти, сожаления, горечи или гнева. Пустота. И от этого становилось ещё более тошно. На языке крутились разные ругательства, хотелось высказать так много беспочвенных претензий, но смотря в эти глаза, Мона понимала — не ответит. Таков был приказ Малой Властительницы Кусанали для Странника — вести себя тихо.

«Астролог и Предвестник… Совсем не похожи по значениям, но характерами мы похожи с ней.» — подумал про себя темноволосый и посмотрел на девушку, которая, в данный момент, смотрела на море и совсем не обращала внимания на человека, сидящего рядом.