Люцерис Веларион рожает сына в бурную ночь на Драконьем камне. Его сын красив, но он никогда не сможет стать его родителем.

"Только один человек может называть меня бастардом, и этот человек - не ты" Что,если я скажу вам, что всё, что мы знаем об истории Эймонда - не правда? Что всё что было написано о Люцерисе не более чем ложь которую создали чтобы обмануть нас? С самого детства все все вокруг пытались убедить Эймонда и Люцериса, ненавидеть друг друга, но с первого их появление в жизни друг друга, когда их взгляды встретились, это ненависть превратилась в глубокую любовь, которая превзошла бы всё остальное.

Молодой король идет по стопам Старого, и смерть его не приносит в королевство разлада и братоубийственной войны, но его драконы сходятся в ином танце, когда судьба сводит их вместе. Принц Эймонд счастливо вдовствует, правя землями при малолетнем сыне, и не ведает еще о радостях и горестях, что уготованы ему в столице.

Неопалимый. Тот, кто не сгорел. Так прозвали Люцериса после того, как на рассвете он вышел из сгоревшей септы, покрытый пеплом, живой, необожжённый, голый и с сияющими платиновыми волосами.

Прошло более восьмисот лет с тех пор, как вымерли последние драконы, а вместе с ними умерла и магия. Эпоха конфликтов, династия Таргариенов, падение Стены — лишь часть истории, о которой мир едва помнит Прогресс не стоял на месте — ни в Вестеросе, ни где-либо ещё. Но юношу по имени Люцерис Риверс преследуют видения и сны, которые он считает воспоминаниями.

Эймонд снова просыпается с головной болью. Однообразие серых дней сводит его с ума. С тех пор, как его семья потерпела поражение, его жизнь превратилась в сущий ад. Став трофеем второго сына Рейниры, он утратил право даже на то, чтобы выходить из замка во двор, когда ему захочется. Люцерис контролирует каждый его шаг.

Люцерис невольно ухмыльнулся, изучая выражение лица дяди, пока блюдо с запеченным поросёнком опускали на стол. Он чувствовал опасность, исходящую от держащегося подозрительно спокойно Эймонда всем своим существом, но отчего-то это лишь раззадоривало шальное веселье.

— Ты говорил, что никогда не позволишь бастарду к себе прикоснуться, — сказал Люк. — Теперь ты выносишь бастарду детей.

Когда Эймонд исполнилось 14 он полагал, что станет альфой, точнее, он и представит не мог, что не станет альфой. – Поздравляю, ваша сын омега, пусть он принесет прекрасных наследников вашему роду. – Благодарю. – Этого не может быть, это ошибка! – Никакой ошибки, Принц, вы определенно точно омега. – Сказал мейстер. Тут мир Эймонда рухнул. Это не значит ничего хорошего для него. Он сразу это понял. Эйгон не оставит его в покое, даже племянники бастарды будут смеяться. Его жизнь кончена.

Осень в этом году выдалась жаркой, но, несмотря на теплый душный день, Эймонд закутался в плащ с ног до головы. Он впервые почти за два месяца выбрался из своих новых покоев в Башне Десницы. Больше он ждать не мог.

Эймонд был уверен, что Боги ненавидят его. Они трижды прокляли его, обещая жизнь полную страдания и унижения. - Секс, - произносила Алисента, слегка морщась, - это необходимость любого брака, в нем нет ничего страшного, милый. После него у тебя будут дети, а ради этого счастья можно потерпеть немного, когда твой альфа будет… в тебе. Это терпимо, все мы через это проходим, дорогой, - Эймонда тошнило от этих разговоров и от того, что его жизнь станет этим.

Эйгон слишком долго любит Эймонда. Слишком долго, но он стал королем и все изменилось.