Слово, едва уловимое человеческому слуху, но отчётливо услышанное лисьими ушками, доносится по левое плечо от Цзяоцю. Нет никакой нужды в том, чтобы разбирать на оживлённой улице Лофу Сяньчжоу произнесённую не то просьбу, не то отданный приказ от своего друга. Цзяоцю прекрасно знает, о чём одними губами шепчет хладнокровный и сдержанный Моцзэ. Всегда шепчет всего одно слово, когда хочет. Краткое, ничего не значащее для других... «Сейчас»

Моцзэ ничего не сказал, когда Цзяоцю, этот прохвост лис без капли смущения, при первой встрече с генералом Лофу Сяньчжоу кидал на того заинтересованные взгляды. И взгляды эти были куда более многозначительными, чем могло показаться на первый взгляд. Здесь прослеживался не простой интерес к такому собеседнику, как достопочтенный Цзин Юань, а нечто куда более... особенное.

— Мо-о-оцзэ! Посмотри сюда, ну же! Ну дава-а-ай! — с нескрываемым весельем в голосе Цзяоцю кружит вокруг своего товарища и друга. Кружит с видеокамерой в руке, лоснящимся хвостиком неосознанно задевая другого мужчину по бедру, который, в свою очередь, старается выглядеть всё так же бесстрастно.

— Моцзэ, я способен идти самостоятельно, — с долей недовольства проговаривает ему Цзяоцю, но за руку всё-таки подхватывает. Не сразу, приходится действовать на ощупь, пока его ладонь не оказывается окутана теплом другого.

Он останавливается на полпути, носом ведёт по внутренней стороне бедра, вызывая лёгкую щекотку и улыбку на лице Цзяо. Моцзэ поднимает на того взгляд, но не видит эмоций. Только сладкие постанывания достигают его ушей. Кругом кромешная темнота, чтобы осязать друг друга на одном уровне. В медленном танце вести Цзяо, кружить в ощущениях и доводить до экстаза. И даже больше...

Довольно прищурившись, он отпустил его руку и вильнул хвостиком ещё раз. Моцзэ и в этот раз не смог скрыть внутреннего интереса, а Цзяоцю едва подавил желание усмехнуться. Подобная игра напомнила ему беззаботную возню с детишками.