— Тэ, кажись, нас снова спиздили, — Юнги уставился на друга затуманенным взглядом. — Ага, — икнул ничего не соображающий Тэхён. — Чё делать будем? — Надо вазой по башке шандарахнуть, — выдал пьяный в дупелину Юнги. — У нас нет вазы, — снова икнул Тэ. — Слышь, мужики, у вас есть ваза? — обратился к предполагаемым похитителям Юн. Чонгук с Намджуном переглянулись и заржали на всю машину. — Бля, это ж надо так надраться, чтобы собственных мужей не узнать! — давясь смехом, сказал Джун.

— Чонгук-и, я замерз, не сделаешь чаю? — просит продрогший после длительной прогулки под дождём Тэхён. — Я знаю **кое-что** согревающее получше чая, — Чонгук хищно улыбается, закидывает Тэ на плечо и направляется в сторону спальни.

— Простите, сонсэнним, зря быканул! — Тэхён строчит сообщение нервно трясущимися руками. Сердце вот-вот выскочит наружу, а глаз начинает дёргаться, когда он видит, что собеседник печатает ответ. AU, где у Тэхёна два знакомых по имени Чонгук: один — бесячий однокурсник, а второй — его научный руководитель в университете. И, кажется, он сейчас закончится, как человек, ведь только что перепутал этих двоих в чате и жёстко нагрубил своему научруку, приняв его за надоедливого сверстника.

— Давай ещё раз, я не успел увидеть, — Тэ отчаянно тянет все гласные. — Милый, — Чон сжимает в руках одеяло до такой степени, что, наверное, болят костяшки. — Ты уверен, что хочешь этого? — Но мне нужно, Чонгук, — Тэхён говорит сладко, подползая сбоку от альфы и поглаживая его руку. AU! где Тэхёну надо сдать экзамен по гистологии, а чёртова альфья половая система и процесс формирования узла никак не идут навстречу. Именно поэтому Тэ решает попросить помощи у соседа по квартире.

История о трех лучших друзьях — студентах-медиках и трех состоятельных альфах, которые начинают проявлять интерес к ним. Немного строптивости, немного ванили и немного секса.

Тэхен, защищаясь от пьяного мужа-тирана, который пытался изнасиловать его на глазах у их ребёнка, убивает его. Однако вместо свободы он оказывается в колонии, где подвергается регулярным изнасилованиям со стороны одного заключённого-альфы, к которому его доставляют сами надзиратели, и получает статус "неприкосновенный".

«Мне нужен хозяин в доме, чтобы безжалостный с другими, но ласковый со мной. Надо будет – стану добиваться, если тебе важно, чтобы всё было как у людей. Год, два? Не побоюсь напрячься, — слова господина Чона – гром среди ясного неба: — Я даже не побоюсь тебя полюбить, если это так необходимо».

— Тэхёни, — тихо выдыхает Чон в макушку парня. — Не поступай так со мной. Не сбегай от меня. Чонгуку – 37, Тэхёну – 19. Они влюбляются, но никто не гарантирует им, что они смогут быть вместе. Enchanter (фр. - зачаровать, увлечь, покорить себе)

— в Северную часть Фавел даже не суйся, Тэхен, иначе тебя сожрут. Это улицы Джакаров.

Эта история Тэхена, молодого исправительного психолога, который работает в строгом режиме тюрьмы, где его клиентом становится Чонгук — осужденный на смертную казнь. В течение месяца, пока Чонгук ожидает исполнения приговора, между ними завязывается необычная любовь, полная глубоких разговоров о жизни, выборе и искуплении.

Два раза в неделю, восемь раз в месяц, сто четыре раза за год — приблизительно сто десять встреч с Чон Чонгуком, включая парочку незапланированных. «Это не станет проблемой», — убеждал себя Тэхён. Какие-то сто десять встреч! Он сможет. Он ведь сможет, да?..

— В твоих руках абсолютно все. Даже больше, чем ты можешь себе представить. Поймешь чужое сердце правильно — получишь самое желанное на свете сокровище: любовь, Чонгук. Такую, какую еще свет не видывал. И сила которой способна как спасти мир, так и сокрушить его.

Сколько слов нужно подобрать, чтобы описать горячо-яркое пустынное солнце? Всего одно. Жаркое. А сколько нужно слов, чтобы описать солнце с Востока? Наверное, и полжизни не хватит для того, чтобы описать хотя бы эти наивные глаза.

Тэхён не интересовался футболом, но до сих пор носил потрёпанный брелок с чёрно-белым мячом на ключах от квартиры. Тэхён не любил кофе, но упрямо давился им каждое утро и отказывался начинать день без горькости на зубах. Тэхён не доверял Чонгуку, но продолжал рассыпаться на его простынях в надорванных вздохах. Тэхён ненавидел свою работу, но изо дня в день, смотря в зеркало, врал самому себе, что так правильно. — Хочешь расследовать это дело? Пытаешься очистить совесть таким образом?

Самое страшное — не то, что происходит ночью. Самое страшное — это утро. Когда выходишь на крыльцо и видишь царапины на двери. Когда собака не подходит к тебе. Когда овцы жмутся в углу загона и смотрят мимо — туда, куда ты стараешься не смотреть. Тэхён каждое утро убеждает себя, что всему есть объяснение. С каждым утром это дается ему все труднее.

Быть влюблённым в отца лучшего друга — неправильно. Прятаться за закрытыми дверьми, скрывать ваши отношения от близких и с каждым днём всё с большей ненавистью ловить взглядом обручальное кольцо на его безымянном пальце — тоже неправильно. Тэхён знает, что должен сделать: собрать вещи, покинуть дом Алигьери, забыть. Но Чонгук говорит: «Иди ко мне». И Тэхён идёт.