Санеми давно влюблён в своего лучшего друга, но из-за того, что в девятнадцать лет его бывший друг, которому он признался в чувствах, сломал ему нос, не хочет, чтобы Обанай узнал о его ориентации. Поэтому, когда речь случайно заходит о ученице-лесбиянке, Санеми резко высказывается, но позже понимает, что облажался.

Перед его взором открылась картина: Обанай заправлял выпавшую чёлку за ухо, а его глаза внимательно смотрели на кончик сигареты, ожидая, когда тот подхватит искру, но, кажется, вместе с кончиком сигареты и сам Санеми подхватил её, ведь его щёки горели — и он надеялся, что сигаретный дым скроет их в своём тумане. Фиолетовые и разноцветные глаза столкнулись, и Обанай с ухмылкой отодвинулся назад, между пальцев сжимая подожжённую сигарету, а потом тихо произнёс: — Милый.

- Томиока-сан, вы сегодня какой-то слишком не выспавшийся, - подметила Шинобу, прикрывая глаза и растягивая губы в миленькой улыбочке - А где же ваша половинчатая хаори? Неужели решили сменить стиль?

Обанай слишком устал, а включать свет слишком геморно.

Узую и Обонаю даётся задание в Квартале красных фонарей, по слухам там обитает демон 12-ти лун. Но для того чтобы найти её, мужчинам понадобиться девушка под прекрытием чтобы отдать её в дом с красным фонарём и с её помощью отыскать демона. Каким же образом этой девушкой стал Гию?

Когда Шинобу говорит, что Томиока не умеет общаться, Кёджуро не верит.

—Ты пахнешь вишней. —Меня угостили сладкой булочкой с вишней в буфете! Хочу попробовать.

Наверное, Гию должен был понять, что что-то не так, ещё в тот момент, когда его любимая старшая сестрёнка предложила встретиться после его работы и поболтать о всяком.

— Гию, пойдем! — Иди. — Нет, пойдем вместе! И так из года в год.

Кёджуро и Гию влюбились. Как на это отриагируют столпы? Без разницы.

– Томиока-сан, вы же знаете, что вас никто не любит? – снова Шинобу говорит это Гию, он верит, а Кёджуро это надоело.

Гию уронил рюмку с водкой — которую только что себе налил. Он не может выдавить из себя и слова, его лучший друг оказался геем…

— Не думал, что ты всё же придёшь, Гию. — Глаза у Ренгоку красивые, и вправду, самое настоящее пламя. По краям радужки они жёлтые, а ближе к зрачку переливаются красно-оранжевым и алым. Улыбка на его вечно не унывающем лице цветёт, подобно глицинии в конце марта.

У Кёджуро уже несколько лет краш в лучшего друга — Томиоку Гию. Но любовь односторонняя.

— Знаешь, ты… «Нравишься мне так сильно, что я задыхаюсь»

Кто бы знал, что у Доумы чертовски мягкие волосы.

С Доумой явно что-то случилось. Он уже на протяжении нескольких дней дарит Аказе цветы, а Аказа, в свою очередь, не понимает нахера. Хорошо, что у них была Даки, которая знала, что такое язык цветов.

— Я хочу, чтобы господин позволил мне превратить тебя в демона. Тебе не придется долго страдать, — говорит Кокушибо. Муичиро скалил зубы. Этот мужчина. Этот демон. Его предок

Короче говоря, друзья Аказы не верят, что у него есть парень.

Падение смягчить мне не удалось, однако я все равно приземлился на лапы. Стало очень даже больно, из-за чего из моего горла вырвалось болезненное "мя-я-яу", а лапы, согнувшись от боли, повалили мое тело на железную поверхность. Еще и запах стоит ужасный... 一 ....Блестящий кот, забираю.