Когда от усталости хочется содрать с себя шкуру, приходит спасение. В ненависти и ярости. В хронической злобе. В возвращающейся боли. И осознании: любое спасение временно.

Всю свою жизнь он не знал этого чувства, не испытывал его. И кто бы мог подумать? Он влюбился в нее. Влюбился, как мальчишка. Окончательно и бесповоротно.

Есть только она и боль, которую она причиняет. Это изматывает, не сама даже боль, а ее ожидание, неизменно оправдывающееся. И все, что он сделал для нее, — не работает! Кажется, что решение рядом, но оно ускользает сквозь пальцы. Сколько же еще продлится эта имитация жизни? А может, это бессмысленная, изнуряющая борьба за невозможное? Нет. Он ни за что не отступится. Не отпустит. Она станет его. Предупреждение: начало заштамповано. Сайд-стори об Эрике и Джейн: https://ficbook.net/readfic/4604063

— Если бы ты была замужем, я бы тебя всё равно трахнул.

Мы были противоположностями друг друга. Как плюс и минус на магните. Как день и ночь. Как Золотая девочка, которая стойко прошла войну и выжила, и бывший Пожиратель смерти. Если она всегда восклицала «О Мерлин!», то я привык говорить «Дьявол». Она была ещё не испорчена этой жизнью, а я давно уже. Она верила в искреннюю и чистую любовь, я же смеялся над любыми проявлениями чувств. Это противостояние света и тьмы могло продолжаться бесконечно, но я проиграл. Проиграл, когда влюбился в неё.

Если между Драко и карьерой стоит Грейнджер, есть лишь один выход - испортить и то, и другое...

Драко Малфой и Гермиона Грейнджер после расставания со своими вторыми половинками случайно напиваются вместе на одном рабочем торжестве. Несмотря на взаимную ненависть, вечер заканчивается их жарким сексом в одном из кабинетов Министерства. Но то, что должно было стать развлечением на одну ночь, продолжает так или иначе повторяться...

Ноябрьский ветер трепал холодом волосы, периодически роняя платиновые пряди на глаза. В осеннем воздухе набережной Темзы могла бы чувствоваться долгожданная свобода, если бы руки не были скованы обетами, которые ощущались почти физически, до желания содрать кожу с предплечий вместе с ними и обязательством года работы на новый режим. Только через год он станет окончательно свободным, и больше ноги его не будет в этом чертовом городе, в этой чертовой стране.

— Так мы — трагедия? — Мы — счастье. Нам просто нужно встретиться не здесь.

Они не могли удержаться. Ничего не существовало вокруг, когда они находились рядом друг с другом. Это было их сумасшествие. Личное безумие, в котором они тонули.

В Британии стартует «Программа адаптации», по требованиям которой чистокровные волшебники, бывшие негативно причастными ко Второй магической войне, обязаны месяц прожить в магловском Лондоне без палочек и любой магии, как обычные люди. По правилам программы, участником должен быть выполнен ряд заданий, помогающих понять устройство жизни маглов и перенять их ценности и культуру. В пару каждому подопечному выбран сопровождающий-маглорожденный, который пройдет весь путь вместе с ним.

Разве может что-то изменить один жест? Одна фраза? Одно обещание? Драко Малфой предлагает сделку Гермионе Грейнджер, и она соглашается, рассчитывая на выполнение одного желания. Они и представить не могли, как это изменит не только их жизнь, но и связанные с ними судьбы других людей.

Низменные желания выгрызают его плоть изнутри, вонзая свои зубы в изнеможенное тело. Еще один неосторожный взгляд или громкий выдох, и чаша терпения переполнится, позволив ему опуститься в самую грязную бездну, чтобы прикоснуться к своему чистому идеалу…

Гермионе двадцать два, она работает в Министерстве магии, а её жизнь вполне стабильна. Единственное, что ее омрачает - навязчивые сны, которые преследуют по ночам и в которых Гермиона постоянно видит чей-то силуэт. Но, когда она вместе с друзьями оказывается на лучшем курорте Волшебного Мира, привычный ход вещей меняется совершенно непредсказуемым образом, ведь ей предстоит… танцевать. Танцевать с врагом.

Тот-Кого-Нельзя-Называть никогда не возрождался, и все живут обычной жизнью. Гермиона Грейнджер усердно работает, но ей мешают мысли о брутальном авроре из Дурмстранга — Драко Малфое.

Еще вчера он притягивал к себе десятки восторженных взглядов, а сейчас видел себя дементором в отражении холодных глаз. Война окончилась, толком так и не начавшись, Волдеморт убит, Пожиратели — пойманы. Надо всего-то доучиться еще один год в Хогвартсе, но все вокруг было заляпано грязью прошедших событий. И почему-то в этом болоте он видел только одну пару глаз. Карих, словно потускневший янтарь, они смотрели на него совершенно иначе.

Постхог в Хогвартсе. Главные герои - коллеги, но не преподаватели. Да и вообще всё не то, чем кажется. “Он показал свою кровать и вальяжно развалился на ней, подложив ладони под затылок. Этот вид ещё больше взбудоражил Гермиону. Но вслух она сказала: — Я была бы осторожнее на твоем месте. В постели могли завестись… мозгошмыги. — Было бы куда лучше, Грейнджер, если бы в моей постели завелась ты”.

— Я собираюсь помочь тебе сбросить напряжение и отпустить контроль. Это некая игра, нужная нам обоим. И куда бы мы ни зашли во время неё, мы остановимся в любой момент, если что-то тебе не понравится. Никаких поцелуев, непристойных просьб от меня и уж тем более секса. Я буду чувствовать тебя, а ты — меня. Договорились? — она посчитала себя совсем немного безумной, согласившись на предложение Малфоя. Совсем немного — только потому что не до конца знала, что будет происходить.

Горечь на языке заставляет Гермиону цокнуть, но никак не отвести упрямый взгляд. Когда она решила вернуться в Хогвартс на несколько дней раньше до начала занятий, чтобы порыться в библиотеке, то даже не представляла, что наткнется на место проведения тайных дуэлей. В магловском мире бы это назвали... подпольными боями. Гриффиндорка, поддавшись на провокацию, проиграла Малфою на дуэли, и она не сомневалась, что он припомнит условие их спора. Пятьдесят поцелуев. До Рождества.

Компания друзей, игра в Тайного Санту, много юмора и подколок. Тепло, уют, Рождество - бери печенье и какао и читай уже быстрее!