Каждый человек обладает своим неповторимым цветом. У него был желтый, слепящий, будто яркое солнце. А у его угрюмого соседа – синий, темный и глубокий, как самые неизведанные места этой планеты. У этих двоих не было ни единой общей черты или темы для разговора, но вместе они образовывали зеленый, и этого было вполне достаточно.

Легко ли забыть прошлое? Ужасные воспоминания зачастую не дают спокойно жить. Поэтому многие начинают все с чистого листа. Когда твое прошлое пропитано страхом, или много скелетов в шкафу, то убежать от этого, единственное, что остаётся. Итэр - шестнадцатилетний подросток. У него не плохая семья; мама, папа, сестра Люмин. Но прошлая жизнь в школе не давала ему покой. Поэтому переехав в новый город, он ставит перед собой цели. Вот только какую цену ему придётся заплатить за счастье и покой?

Жизнь давно успела потерять всякий смысл для Сяо, особенно после смерти самого родного человека, что у него когда-либо был. Лица людей лишились очертаний, цвета потускнели, а вызвать какие-либо эмоции у него было просто невозможно, взгляд его был пуст, а каждый, кто в них взглянет - чувствует, будто вот-вот канет в бездонную пропасть. Но в один миг все изменилось, когда, проснувшись, он обнаружил сидящего на себе полуобнажённого блондинистого инкуба, что пообещал избавить его от страданий.

Сам того не осознавая, Итэр влюбляется в нового одноклассника и спустя время зовёт его домой под предлогом подготовки к тесту. Однако до учебы дело так и не доходит...

Итэр жил в маленьком домике на окраине города. Сестра пару лет назад уехала за границу, и единственное, что их связывало — это звонки по телефону. Так скучно и тяжело. Но глупо было о чём-то сожалеть, ведь блондин не был одинок. У него был друг. Хоть и не человек вовсе.

Никотиновая зависимость охватывает в свои крепкие объятия не только совершеннолетних, но и тех, кто не достиг восемнадцатилетнего возраста. И таким крайне сложно с ней справляться, ведь покупка никотиновой продукции слегка затруднительна.

–Итэр, мы пришли спать, прекрати. –слышится неуверенный тихий голос сверху, Сяо нервно прокашливается, старается высвободить бедро из чужой цепкой хватки. –Раз пришли спать, значит переспим. –они молчат, и Итэр так же молча выскальзывает из-под длинных одежд, поднимается на ноги, несдержанно улыбаясь. Это неправильно – он пьян, так нельзя делать хоты бы потому, что они в ебанных костюмах священника и монахини.

Может ли брат девушки перевернуть представление мира полностью? Оказалось, да

–Ты скучал? –тихо спросил Итер, делая шаг вперёд. Его голос был мягким, но в нём чувствовалась игривая нотка. Сяо встал, его тело напряглось, как пружина, готовое сорваться.–Ты знаешь, что скучал.–Прошептал он, его голос дрожал от нахлынувших эмоций. Он подошёл ближе, их тела почти соприкоснулись. Итер протянул руку, его пальцы коснулись щеки Сяо, и тот закрыл глаза, наслаждаясь прикосновением. –Я здесь, чтобы расслабить тебя. –Прошептал Итер.

— Может ты призовёшь Коршуна и я возьму его в зубы, чтобы не ... — Отказано, — Сяо нежно шлёпает по ягодице, делая ещё один толчок. Явно не последний за эту ночь.

И когда эта ушастая морда успела, забрать всё внимание себе?

— Я всё ещё готов заплатить вам, если ты, Сяо, трахнешь Итера при мне,— донеслось со стороны Скарамуччи, а после в него прилетела подобранная с пола кофта,— Да за что, блять.. au, в котором персонажи геншина — обычные подростки, прожигающие лето в компании близких людей.

Сяо чувствует себя соучастником убийства каждый раз, когда они расстаются. Потому что он смотрит на то, как Итэр разрушается, как он режет себя, как морит себя голодом, и Сяо ничего с этим не делает. Не пытается помочь или поговорить. Не делает ничего, за что винит себя снова и снова. А потом на следующую ночь все повторяется вновь.

— Я снял проволоку с твоего тела… — онемевшими от страха губами шепчет Итэр, хотя он не уверен, что якши в принципе понимают человеческую речь. — Я не причиню тебе вреда… У меня нет оружия… Это звучит жалко. Итэр чувствует себя идиотом, потому что, черт возьми, он сидит перед сильнейшим во всём Тейвате существом и говорит о том, что не причинит ему вреда? Говорит это тому, кто может убить его, даже глазом не моргнув?