Это же пиздец натуральный — Нам Гю собирается отвоевывать дом Таноса у самого Таноса. Эта мысль смешит в той же степени, что и ужасает.

– Хей, Намсу, – парень уже не удивляется и даже не возмущается, когда Субон называет его не по имени. Что за глупая привычка постоянно к любому имени добавлять «Су»? – М-м? – Ты веришь в Бога? – довольно… чудной вопрос.

Нам Гю жмет крестик после третьей игры и никак это не объясняет.

Янтарь - вестник проклятья. Детей всегда учили: завидишь янтарные волосы - не смей подходить. Но Джисону начинает казаться, что в янтаре нет ничего плохого

Студент музыкального факультета, Хан Джисон, едет на всё лето в маленький город к своей тёте, с целью подтянуть английский язык на курсах. История о первой любви, крепкой дружбе и поисках себя.

— Ты спрятал мой телефон. Ты ушёл, а я уснул. И всё это — чтобы спасти меня?.. А кто тебя спасёт, Шиын? Тишина. Только их дыхание. Сухо провёл рукой по его волосам, как будто это могло хоть что-то исправить. Шиын чуть приподнял веки, посмотрел прямо в его глаза. И впервые за всё это время — расслабился. — Я знал… ты придёшь… — выдохнул он. — Всегда приходишь.

"Очнулся" Шиын никогда так быстро не бегал. Только в тот раз когда Ëни позвонила и сказала, что Сухо впал в кому. И вот теперь он бежит в больницу в которую ходил каждый день. Только причина другая. Сухо очнулся.

В физике предельная скорость – это максимальная скорость, с которой падает тело. Сумма силы сопротивления становится равна силе тяжести. В этот момент сопротивление становится равным силе тяжести, а ускорение – нулю. Сиын падает уже долгое, долгое время.

— Как же ты безнадежно влюблен, — поэтично протянула Ени, как только дверь за парнем закрылась. Шиын возмущенно приложил палец к губам, призывая быть тише. — Да ладно, это и слепому понятно! — продолжала Ени настолько обыденно, что это немного даже задело Шиына: как можно так пренебрежительно относиться к столь возвышенному чувству? — До сих пор не понимаю, как он умудрился не заметить, это же очевидно… Хотя, в этом вы похожи друг на друга, — вдруг со смехом заметила она.

— Ха, — смеётся Сухо. — Шиын-а, знаешь? Я так хочу тебя поцеловать прямо сейчас. Он говорит это так легко, искренне, без капли смущения — в этом весь Сухо. Шиын так скучал по нему. Он не отвечает — в этом нет смысла, ведь он чувствует то же. Всё ещё плача, Шиын отстраняется от объятий и наконец целует Сухо — так, как мечтал целых два года. В поцелуй он вкладывает всю тоску и любовь, которые копились всё это время.

Капли воды стекают вниз, прямо к узкой дорожке темных волос, что ведёт вниз. И… Шиын впервые за всю свою жизнь задумывается о том, правда ли его так сильно интересуют мужские тела. Давление в районе ширинки будто насмехается, ведь все понятнее некуда.

«И когда я стал смотреть на него дольше, чем на остальных?», — Сухо сам не понимает этого. Он чуть качает головой и прикусывает ручку, грозя разгрызть ее и выпить невкусные чернила. Ну, такое уже бывало, поэтому Ан Сухо знает, что к чему.

Секс по телефону это вам не газеты разносить и не заборы красить. Собственно, тут и кроется главная причина того, почему Теркель до сих пор пытался во флирт с какими-то старыми извращенцами — на газетах и заборах не заработать столько, сколько можно заработать тут.

Минхо прикидывал в голове, на сколько хватит его терпения, как быстро он сорвётся и что ему за это будет. Дело в том, что сегодня к нему в общажную комнату должен заехать новый сосед. Всем известный Хан Джисон, популярный парень с филологического факультета. Его, казалось, знает весь университет. А ещё все знают, что он открытый гей. Этот факт тоже никого не волновал. Никого, кроме Минхо — непопулярного гомофоба, типичного представителя «яжмужик», с устаревшими (как многие считали) взглядами.

Трилогия «Всё ради игры» от лица Эндрю Миньярда.

— Нил, это что, твой отец? — прозвучал вопрос будто издалека. Натаниэль не мог понять, кому принадлежал голос, удивительно, как он вообще смог разобрать слова, находясь в таком паническом состоянии. В следующее мгновение Натан резко подскочил к сыну и, схватив за шею, грубо тряхнул, поставив на ноги. Он с нечеловеческой силой сжал плоть, лишая воздуха, приближая к себе вплотную. Голос, преследовавший Натаниэля в самых кошмарных снах, прорезал тишину: — Я сказал: здравствуй, сынок.

Пропасть. Не та, что зияет черной дырой в земле, а та, что разверзается внутри. Ким Со Хён падала в неё беззвучно, без крика, без протянутой руки помощи. Некому было тянуть её назад. Мир рухнул, когда она, осмелившись, открыла сердце. И снова – выжженная душа, шрам предательства. Почему она снова позволила этому случиться? Внутри, под слоем боли, тлел огонек ярости. Он обещал возродиться пламенем, способным сжечь всё дотла.

Джисону 18 лет. Он мечтатель, ищущий романтику в страницах любовных книг. Хан представлял себя главным героем прочитанных романов, надеялся встретить свою любовь и прожить долгую, счастливую жизнь. Разве ж он мог представить, что родители продадут его бандиту, и все мечты с грохотом разобьются.

Чтобы не попасть в колонию для несовершеннолетних, Джисон перевелся в пансион для трудных подростков, где ему дали последний шанс. Вот только сможет ли Хан им воспользоваться, когда в новом месте все ученики ещё более отмороженные, чем он сам?

Джисону 17 и последнее, что ему хочется, так это провести лето в богом забытой деревне. Но даже с этим он был готов смириться, как на его голову падает этот до чертиков несносный сосед. Хотя, падает на голову скорее Джисон. В прямом смысле. Он летит с чужой черешни, прямо на соседа. Интересное знакомство, не правда ли?