— Хён, я люблю тебя, — так неожиданно после всего прямо в губы произносит Джисон, что у Минхо коленки подкашиваются, хорошо младший вовремя успевает словить его, удержав на руках. Но не тут то было. У Джисона чертята в глазах играют свою роковую песню, Минхо видит, но ничего сделать не может, не успевает. Да и его, честно говоря, немного потряхивает, и уши горят. Джисон прислоняется и шепчет на ухо: — Сядешь сегодня мне на лицо?

В каждой вселенной есть новое «мы».

Минхо шесть, когда он встречает любовь всей своей жизни. Эта любовь его не понимает и отказывается называть «хён».

сегодня джисон послушный мальчик.

Дверь, ведущая в ванную, распахивается, и перед взором Минхо появляется Джисон. Голый Джисон, который на ходу обворачивает бёдра полотенцем и откидывает голову назад так, чтобы мокрые пряди убрать назад с глаз. Голый Джисон, у которого в руке почему-то тюбик со смазкой.

— Этот чокер такой дурацкий, — наконец-то находит силы, чтобы что-то сказать. Кончиком пальца проводит по контуру татуировки, выводя каждую буковку снова и снова. — Кажется, его края мне натёрли шею, — и давит пальцем на грудь, наблюдая, как немного продавливается кожа под давлением руки.

некоторые события из своей жизни можно рассказать так, что получится алфавит отношений.

Губы Джисона нужны Минхо как кислород. Они опьяняют похлеще любой кошачьей мяты, заставляют мысли скрутиться в неразборчивый клубок и гонять его по задворкам сознания.