- Парень, работающий здесь настоящий профи и мастер своего дела. Он раньше на окраине города работал, а потом появились спонсоры и пересилили его сюда, как знали, что нарыли золотую жилу, потому что клиенты со всего города прут, даже постоянные уже есть. Дело в гору идет. А этот, - Чимин кивает на парня за стойкой. - В роли секретарши и охранника.

— Может, по пицце с нами? Я тебе коктейль сделаю. У меня они классные получаются, - похвастался Тэхён. — Простите, но вынужден отказаться, — сквозь зубы процедил Чонгук. — Баксы брать не хочешь, есть и пить тоже. Может, желаешь в бассейне искупаться? — гостеприимно предложил Тэхён. — Я бы посмотрел на тебя без этого тряпья...

— Отец всё время говорит, что мой дар сложный и пока не время, только вот когда оно наступит это время? Я не знаю толком, что могу кроме, как поджечь что-нибудь и затушить, мне помощь нужна. — Именно поэтому ты освободил меня, ребёнок, верно?— по-доброму улыбается Тэхён. — Мы сегодня вернём мои силы, и я научу тебя всему. — Гук по-детски улыбается на эти слова колдуна. — Но мне нужна и твоя маленькая помощь.

Эта чёртова фраза «А тебе слабо?» действовала на Тэхёна, как красная тряпка на быка. Всегда! Рубильник в мозгу отключался и падал. Нужно было доказать всем, а в первую очередь самому себе — не слабо! Вижу цель — не вижу препятствий!

«Из чего бы ни были сделаны наши души, его и моя - одно и то же... Если бы все остальное погибло, а он остался, я бы все еще продолжал существовать, но если бы все остальное осталось, а он был бы уничтожен, вселенная превратилась бы в могущественного незнакомца» —Эмили Бронте, Грозовой перевал.

— Мелким на такое смотреть нельзя, — шутит Тэхён, закрывая глаза Чонгуку рукой. — То есть, как зажимать меня на каждом углу, так я не мелкий? — возмущается тот, убирая чужую руку с лица. Он осознаёт, что сказал это слишком громко тогда, когда наступает тишина. Даже кузнечики не стрекочут. Друзья в шоке с того, как легко спалился Чонгук, скрывая эту информацию от брата на протяжении года.

— Да ты сам с этим Кимом в них тусишь! Может, ты трахаешься на стороне? — внезапно усмехается Джинён. А Чонгук хочет провалиться под землю. Он всхлипывает из-за накрывшей его обиды. — Да что ты ноешь вечно чуть что?! Ему сейчас так стыдно перед всеми, но больше всего перед Тэхёном. Тот ведь совершенно не такой Он не заслужил. Он...

— Ты уверен, что хочешь именно этого? — Чимин смотрел на друга с нескрываемым беспокойством. В его глазах читалось желание помочь и полное непонимание того, что он может сделать в данной ситуации. — Я сейчас ни в чем не уверен, Чимин-а, — тихо ответил Чонгук, теребя лямку спортивной сумки. — Мне нужно время… и расстояние.

Обычно до понимания Чонгука чужие намёки доходят с пятого раза. Непонимание чужих скрытых просьб и слов прибавляет жизни достаточно проблем, начиная недовольной соседкой и заканчивая ненужной Чонгуку подработкой в книжном. С такой вот судьбой, получив от одного парня имя и номер на листочке, поймав озарение на первой минуте с первого же раза... Сколькие из вас действительно бы думали о флирте? Всё ведь не могло быть так просто!

Чонгук мечтает потерять девственность со своим любимым альфой в свой любимый праздник, Рождество.

— Даже оргазмы бывают ручной работы, — с усмешкой заметил Намджун. Тэ недоумённо посмотрел на альф. Чонгук игриво подмигнул хорошенькому омеге. — Судя по твоему виду, ты занимаешься Handmade на постоянной основе, — хмыкнул рыжий. — А тебе палец в рот не клади, Рыжуля! — Джун оценивающим взглядом окинул фигуру дерзкого омеги. — Кое-что другое, я бы тоже не советовал, — ответил Юнги с наглой улыбкой. Тэхён тихо рассмеялся. А Чонгук в этот момент понял, что он пропал.

Тэхён в панике: король, королева и его старший брат Намджун всерьез намерены женить его на этой заносчивой выскочке из Эсфела – Чонгуке. Чонгук в ужасе: родители пожелали его выдать за принца королевства Осмил – этого невоспитанного, высокомерного хама Тэхёна.

История является продолжением фанфика "Мой любимый Тоторо"(https://ficbook.net/readfic/0193b768-4d9f-7f5b-82c7-abe997599219). Небольшая зарисовка о дальнейшем развитии отношений между героями, спустя год после начала этих отношений.

Какой-то самец, ещё молодой совсем, трётся хвостом о границы территории Тэхёна уже третью неделю. Проверяет терпение и нервы на прочность...

Развод. Проблемы на работе. Трудности с сыном. Комплексы. Тэхён точно не помнит момента, с которого всё пошло по пи***. И тут появляется «он». Глупый, жизненного опыта никакого, с одними лишь рефлексами и максимализмом, бьющим изо всех щелей, второкурсник Чонгук просто дружит с сыном-омегой. Чонгуку всего девятнадцать. Но он не выходит из головы и зажигает сердце…

— Я не собираюсь вас любить. — Не надо. — И не буду ждать вас в нашей общей постели. — Ты можешь спать отдельно, если пожелаешь. — Пожелаю. Но что это даёт вам? И после продолжительной паузы и пронзительного взгляда не прямо в глаза, а в самую душу раздаётся тихое, но уверенное: — Дом.

— Отстань, черное крыло! Мне и одному хорошо. Вон, травы надобно запасти на зиму, да и в деревню к роженицам сходить — обещал помочь. — Тебе б самому родить, пока гнездышко твое омежье не засохло! — каркнул ворон. — Часики-то тикают. А из тебя из самого скоро песок как из часов песочных посыплется!

— Никогда не поздно принять верное решение.

Звуки не были похожи на привычное мышиное цвиркание или писк: те были более громкими и напоминали резкую высокую трель, — и именно это осознание заставило Тэхёна замереть на пороге с наполовину открытой дверью, ведь его знаний о поведении этих зверьков хватило для того, чтобы сделать два важных вывода. Во-первых, летучая мышь, прилетевшая к нему на порог, исполняла брачную серенаду. Из этого знания вытекало «во-вторых»: в человеческой ипостаси та была… мужского пола.

Джин, влюблённый в Намджуна уже полгода, решается на отчаянный шаг, чтобы сдвинуть их отношения с мёртвой дружеской точки. Попутно в это оказывается втянут безвинно пострадавший Мин Юнги, или, если уж точнее, Мин Юнджи, изображающий почти-девушку Джина. Единственное, на что ни Джин, ни сам Юнги не рассчитывали, так это на то, что Юнджи вызовет пристальное внимание не только со стороны Намджуна.