Санчез в глазах Пугода похож на маленького дымчатого котенка, которого он видел в одной деревне, только с мешками под глазами и умением в человеческую речь. Такого расстраивать вообще не хочется, только радовать, поэтому разочарование Пугод проглатывает и своей улыбкой безмолвно велит Санчезу следовать его примеру.

Вдалеке гремит гром, а морось лишь усиливается. Он протягивает руку на встречу мечте. А на ней сегодня блестят новые кольца.

Звонко смеясь он уходит вдаль , скрываясь за горизонтом чистого моря.

– С днём рождения, принц. Я думаю.. Барси немного подождёт.

В комнате оказалась лишняя кровать, которой здесь никогда не было. Шкаф Дилана внутри поделился на две части: пустые полки и те, что предназначены ему. На вопросы парня родители лишь улыбались, говоря, что это сюрприз. Сюрприз, который никогда не снимал свои голубые очки, шарахался от громких и недовольных вздохов Дилана и к тому же оказался мироходцем. Мироходцем, которых считали в этом мире нелюдями и использовали как подопытных крыс...

В таком случае... Ты можешь отплатить нам своим телом, Санчез.

Мокрый поцелуй, настойчивый. Санчез отпускает его руку, чтобы положить на талию, углубляет — залезает эфемерной иглой под кожу. Пугод чувствует его прохладное прикосновение через тонкий слой одежды. Его язык у себя во рту, чужой вкус. Сердце бьется о ребра глухим разбивающимся стуком. Пугод жмурится до черноты перед глазами — слишком близко — нутром сжимается.

–Санчез!—, раздался голос молодого парня в тёмной комнате. Беловолосый обернулся, держа в руках скетчбук, в котором красовались наброски человека, который стоял напротив него. — Что? Недоговорил? Ну давай, скажи ещё грубых слов, ты ведь любишь такое —, Саша буркнул, чуть нахмурив брови.