Ким Докча провёл годы вместе с этим героем, познавая его душу, сияющую со страниц книги. Он наблюдал как Ю Джунхёк рос и падал, как убивал и умирал, как ломался и регрессировал, наблюдал до тех пор, пока мир не ожил, и читатель не смог идти рядом с главным героем. Он думал, что понимал Ю Джунхёка, но мигающее в воздухе сообщение говорило, что он полностью ошибался. Ким Докча ничего не понимал о Ю Джунхёке. 「 Я хочу его трахнуть. 」

Ю Джун Хëк приходит домой и каждый раз боится никого не найти. И каждый раз облегчëнно вздыхает, стоит увидеть любимых людей, которые никогда его не оставят

Когда Ю Джунхёку сообщили о назначении нового менеджера, он знал, чего примерно ожидать. Это будет очередной фанат, жадно ловящий каждое его слово, терпящий неприятный характер кумира, а вскоре сломается, не выдержав капризов группы. Он к этому привык... Он ошибался.

Туннель метро. Какая-то заброшенная станция. Ю Джунхек, тащащий его за руку куда-то вглубь станции... Что?

Ким Докча не думал, что будет так отчаянно нуждаться в чужом тепле, а тем более в том, что это тепло и прикосновения исходили от вампира, которого он никогда не встречал. Он даже не знал, что вампиры могут вырабатывать тепло тела или готовить удивительную пищу, которая мало чем может помочь – по крайней мере, тому, кто укусил его в ту роковую ночь.

Докча врезается в кого-то, лицом упираясь в что-то мягкое. Он на секунду застывает, а потом медленно поднимает голову вверх. Мужчина, к которому он прижался, был намного его выше, с очень красивым лицом. Ким Докча застыл с каменной улыбкой, незаметно ощупывая тело незнакомца. Тот был накачанным, чертовски красивым, и сам Читатель на его фоне выглядел задохликом. «Да за что?» — обречённо подумал мужчина, тяжело вздыхая.

У Ю Джунхёка две проблемы. Первая начинается на "К" и заканчивается на "Им Докча". Вторая – это обреченное осознание того, что у него ужасный вкус на мужчин. Или: Ю Джунхёк путает сексуальное напряжение с проблемами гнева, а лицо Ким Докча с цензурой раздражает его до глубины души, поэтому он берет дело в свои руки, чтобы избавиться от него (и это срабатывает).

Ю Джунхёк подошел к краю крыши, и Ким Докча обернулся, когда услышал шаги. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Ю Джунхёк перебил его, крепко сжав его предплечье, рука легко обхватила всю окружность бледного запястья. Его глаза были широко раскрыты, в них не было никакого света. Ровное, глубокое дыхание Ю Джунхёка стало еще более заметным в этой тяжелой тишине. Его ладонь тряслась на тонком запястье. — Спускайся оттуда.

Демон хотел испортить жизнь священнику, но ошибочно выбрал того, кто портит его вечное существование. Теперь они связаны, как проповедь и ересь, и каждый день превращается в спор граничащий с настоящей битвой: кто тут настоящий мученик. Кто кого перевоспитает первым — демон священника или священник демона? В этом союзе победителей быть не может, но скучно не будет уж точно.

Ю Джунхёк останавливается, чтобы поднять голову. — Расслабься. — Ни за что.

Не то чтобы он собирался как-то повлиять на это, но прям так.... Ю Мия только усмехается, приклеивая еще одно сердечко на лицо своего брата. Интересно, Солнечник будет сильно бесится, отдирая эти картинки со своих волос? - Не одолжишь и мне наклейку? - во всяком случае, он здесь единственный взрослый, и на него не подумают.

Ю Джунхёк делает шаг назад от Джун Хивон, и его меч со звоном падает на землю. Должно быть, он на мгновение потерял контроль над своим телом. Ю Джунхёк открыл рот и повторил те же слова. "Ким Докча. Возьми остальных и уходи отсюда". "Это не имеет значения", – ответил я. – "Ли Сеолва и Ю Миа сейчас далеко. Пока они не вернутся, всё будет хорошо". "..."

Основной сценарий №46 – Доказательство Звезд *** Вариант 2. Если вы приобретаете или используете «звезду» перед своим противником, вы можете иметь бессрочные права на жизнь или смерть над своим противником. ["Если бы я получил его, я бы позаботился о том, чтобы он остался в живых".] Или: у Ким Докча и Ю Джунхёка есть ещё один «разговор».

Первым, что Джунхёк узнал о Докче после конца сценариев и начала их спокойной, совместной жизни, было то, что его компаньон ужасно слаб к удовольствию, пусть сам он этого и не признаёт.