Стайлз принял вызов, потому что что еще ему оставалось делать, когда вся команда по лакроссу скандировала его имя? Несмотря на то, что стая оборотней покинула Бейкон-Хиллз много лет назад, никто не был настолько глуп, чтобы ступить на территорию Хейлов. За исключением, по-видимому, Стайлза. Теперь за ним по городу ходит дикий оборотень с единственной целью — объявить Стайлза своим.

Стайлз думал, что он — сломанная омега. Он, как и все омеги в этом городе, втайне мечтал о прекрасном Дереке Хейле, но не позволял себе даже мысли об их отношениях (не считая время течек, когда Стайлз просто мечтал быть омегой Дерека), потому что Стайлз уродлив. Он не привлекал альф — те не видели его в упор, он не умел петь или играть на гитаре, не был богатым или отличником. Он был просто Стайлзом и желал быстрее добраться до дома и выблевать все, что он съел за сегодня.

Стайлз прекрасно понимает, что его близнец гораздо более привлекателен и уверен в себе. Даже несмотря на то, что они абсолютно одинаковые, друзей у Брэда больше и любовники один другого сексуальней. Именно поэтому стая так сильно нравится Стайлзу — это ЕГО друзья, и брат не имеет к ним никакого отношения. Но потом Брэда кусает оборотень и он становится частью стаи Хейла, причём Дерек никогда не срывается на нём, как на Стайлзе, и никуда не швыряет. Ещё бы, у брата же всегда всё лучше получается!

Когда по городу прокатывается волна убийств, жертвами которых становятся девственники, Стайлз начинает искать способ обезопасить себя. И находит.

Стайлз, помогая некстати заболевшему другу, идёт брать интервью у таинственного богача Дерека Хейла.

Как первому альфе школы избавиться от навязчивого внимания со стороны омег? Правильно, взять задиристого, непокорного омегу и сделать его своим!

«Укус - это дар» Стайлз вспоминает слова Питера, разглядывая на своём запястье отпечатки лисьих зубов.

— Дерек, тебе нужно наружу, — громко говорит Бойд и сжимает плечо напарника. У Хейла сильный феромон, но брюнет лишь фыркает, косясь на мальчишку. Тот скулит, сползая задницей на землю, и Дерек довольно рычит. — Если ты трахнешь этого мальчишку, то что придётся написать в отчёте? Что шериф не удержал свой член в штанах? — Он мой,— тихо говорит Хейл, в его голосе слышатся нотки рыка. — Мой омега.

— Ты пыталась копать под моего альфу,испытывала возбуждение,когда он был рядом… — говорит Стайлз, поворачивая голову в сторону металлической двери. Из-за обострившегося слуха, люди за ней кажутся прямо около его уха. — Я заставлял страдать каждую девушку, каждого парня, которые имели на него какие-то виды. — Пожалуйста! — громче просит она, вновь испытывая адскую боль. — Его это так сильно расстраивало, но он слишком любил меня, он понимал, я питаюсь болью, я по определению не мог быть добрым.

За недолгие шестнадцать лет Стайлз уже много раз ощущал себя... неправильным. Сломленным. Словно бы сгнившим изнутри. Однако сдерживать настоящие эмоции становится намного сложнее, когда Скотта кусает оборотень — и когда они знакомятся с Дереком Хейлом. Именно тогда Стайлз окончательно перестает держать себя в узде, вот только Дерек тянется к нему навстречу и упрямо хочет помочь.