Будни самого влиятельного человека Зауна и его непредсказуемой дочери, только по другую сторону баррикад их титулов.

Очень тупые люди похитили Джинкс и попытались надавить через нее на Силко. Очень тупых людей быстро не стало.

Ребёнок вырос слишком быстро, и причина тому - его возможная погибель.

Джинкс не хотела думать о своём прошлом, потому что оно было слишком тягостным. В нём было слишком много воспоминаний, которые, будь у девушки воля — стёрла бы к чертям. Неутихаемые голоса в её голове всё ещё посещают её. Но когда она сидит на коленях у Силко и когда он прижимает её к себе, осторожно гладит по голове, что-то тихо шепча на ухо, то невольно забывается всё плохое. Потому что, ну, что ещё нужно для счастья и спокойствия?

Ты против собственной воли меняешься, обретя что-то дорогое сердцу. Что-то, что до дрожи в руках боишься потерять.

Не так уж и просто растить преследуемого призраками ребёнка. Как Вандер справлялся с четырьмя для Силко так и осталось тайной.

Джинкс нередко сгребает из сейфа горсть монет для своих нужд. Переплавляет в запчасти для инструментов или подарки для Силко, добавляет лазурного стекла и оставляет рано утром на рабочем столе. Сборник драбблов.

В конечном счёте, кто-то же должен был сказать, что она не проблема.

В тот день, когда будущая Джинкс сбила Силко с ног, заключая в объятия, в нем что-то переломилось. Оставшаяся одна, преданная самым близким человеком девочка, напоминала Силко самого себя. С того самого момента он был готов взростить новую, совершенную версию Паудер — Джинкс. Или три зарисовки из жизни Силко и Джинкс.

Джинкс часто снились кошмары. Особенно в детстве. Будь она старше, разговор был бы другой, ведь кошмары её юности это, как оказалось, все те же, детские, только из снов перекочевавшие в реальность. Но сейчас не о них, а о тех, что невиннее и поменьше, послабже, но оттого не менее пугающих, не менее беспокоящих. Причем, — на счет последнего, — не одну только Джинкс, но и самого Силко.

В главных ролях — бедное творение Синджеда, пялящийся глаз Силко и талант одного ребёнка.

— Совсем обнаглели, — шипит он, и Джинкс прячет улыбку в вороте кофты.