— На кой хрен тебе вообще кукла? Других что ли не хватает? — воинственно кричал Чонгук, отпихивая ногой чужую настырную руку, что коварно тянулась с щипками к бедрам. — Мне нужна именно эта! — ух, как гневно. — Принципиально! — Пвинципиальна, — передразнил его. — Мои принципы посильнее будут!

Суровый мороз тут же ловит его в свои сети, кусает, пронизывая холодом насквозь. Снежинки ложатся белым покрывалом на ресницы, склеивая их между собой, если бы можно было так же склеить осколки разбитого сердца.

«Пакостить, пакостить, пакостить» - легким напевом в маленькой ушастой голове. Еще и хвостик задорно дёргается, предвкушая приключение.

Чонгук мечтает потерять девственность со своим любимым альфой в свой любимый праздник, Рождество.

Рождественская история наших любимых Чонгука и Тэхёна.

— Знаешь, что делают итальянцы в новогоднюю ночь? — Нет. А что они делают? — спросил Чонгук. — Они выбрасывают старое и ненужное, — тускло ответила девушка. — Я, конечно, не предлагаю выбрасывать меня или тебя с балкона, но…

— Вот никак не ожидал, что улетев за тысячи километров от дома, встречу здесь невоспитанного соотечественника. — А я очень рад, что встретил тебя.

Тэхён всего-то отошёл за перцем. В кухне было пусто! Так какого чёрта его любимым супчиком сейчас бессовестно прихлëбывают, ещё и специально вылавливая клëцки? Откуда это плюшевое парнокопытное тут взялось?! — А ну, отошёл от моего супа! Иначе от расправы тебя не спасет даже Санта! — угрожающе произносит омега, собираясь швырнуть перечницу в парня, если тот не послушается. — Что? — давится воришка, отскакивая неуклюже от плиты в сторону. Ой. Вау... Вау! А оленëнок-то хорошенький!..

— Гук, мой сын сегодня сказал мне, что загадал тебя на новый год, представляешь, — Тэхён сам не понял, зачем сказал это, просто захотел. — Он что, написал письмо и ожидал найти меня утром под ёлкой? — омега расплылся в улыбке, было приятно слышать, что Сумин так хорошо его принял. Ещё, конечно, рано говорить о том, получится ли у них что-то, но первый шаг, в виде одобрения сына, пройден. — Точно! Письмо! — Тэхён встал из-за стола и поплёлся в комнату.

— Ты совсем дурак или да? — восклицает Чимин. — Я попрошу Намджуна попросить Хосока, чтобы тот спросил о Чонгуке у Мина. Делов-то! План надёжен как швейцарские часы.

Один считает себя недостаточно хорошим: всего лишь отец, старающийся подарить своему сыну лучшее будущее. Другой — яркий и талантливый, но скрывающий страх быть отвергнутым. Их встреча в рождественский вечер могла бы остаться случайностью, если бы не одно "а если?". Вместе они рискнут представить, что счастье возможно. Даже с прошлым. Даже с сомнениями. Даже с тем, что кажется непреодолимым. Ведь иногда судьба всего лишь ждёт, чтобы её заметили.

Cooky: Кстати, о праздниках… ты знаешь, что все сотрудники приглашены в Швейцарию на Рождество? Tae-Tae: Я слышал об этом… ты полетишь? Cooky: Мне кажется, я буду лишним там…

Это будут самые отвратительные две недели в жизни Тэхёна, потому что он уже каждой клеточкой тела чувствует, с какой скоростью генерируются шутки в чужой брюнетистой голове, а он ведь даже это ещё не надел. Санта — Чон Чонгук и его олень — Ким Тэхён. Это пиздец, товарищи!

Рождественская метель рушит все планы,заставляя двух одиноких людей искать тепло в канун праздника. Иногда самое важное приходит туда, куда его не ждут.

— Кхм-кхм! — продавец всё же влез в их жаркую дискуссию, готовую перерасти в драку. — Можно немного вашего внимания? — Попозже! — гаркнули хором эти двое. — Не видите, мы заняты! — Ну, как знаете, — хмыкнул мужчина. — Просто я хотел сказать, что ёлка одна, а оплатили вы её вместе. Вот вам деньги обратно за одного, а дальше уже сами разбирайтесь, чья она будет. Счастливого Нового года!